Бал моей смерти

В нем одиноко лежало маленькое полено. Между кроватью и камином сиротливо стояло алое кресло с высокой спинкой и резными подлокотниками, рядом небольшой круглый столик из кроваво-красного стекла. Посередине комнаты с потолка на тонкой цепи спускалась огромная люстра со множеством свечей. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять из какого стекла, или камня, было сделано убранство этого тускло-горящего источника света. В общем, смотрелось все это жутко. Словно в логове у людоеда.

Звук резко захлопнувшейся двери отвлек от созерцания этого кровавого безобразия.

Развернувшись, подскочила к двери, дернула ручку.

– Черти полосатые! Заперли… – стукнула ладонью по гладкому дереву, повернувшись облокотилась спиной к двери медленно осела на пол.

Мое голубое платье, как нечто инородное выделялось среди интерьера.

– Я загнанная в угол крыса, – сердце металось в груди, а взгляд по комнате.

Не давая отчаянию окончательно себя захватить, бросилась к окну и распахнула тяжелые шторы. Облако пыли вспорхнуло и осело мне прямо на голову.

– А-а-а-пчхи! – от души чихнула я.

Замок немного затрясло. Я втянула голову в плечи, зажмурилась и немного присела. Здание с гулом потряслось и через секунд двадцать все стихло. Постаяв в такой позе еще пару минут, осторожно приоткрыла левый газ. Вроде ничего не разрушила.

Шустро залезла на широкий подоконник, встала на него коленями, словно сурикат вгляделась в бескрайнюю темноту за стеклом. Ничего не видно! Только люстра тускло отражалась в окне. Потянулась за шторой и чуть не упала с подоконника.

В последнюю секунду одной рукой схватилась за массивную оконную ручку, другой за портьеру. Послышался треск разрывающейся ткани и с потолка рухнула тяжелая ткань, лишь чудом не сломав мне руку. Подтянула схваченную при падении шторку протерла ею стекло, отбросила в сторону и сложив ладони наподобие козырька вплотную прижалась к окну. Мои манипуляции не принесли нужного результата. За окном все так же было темно. Словно с той стороны повесили черную тряпку или заколотили ставни.

С силой дернула за ручку на оконной раме. Заперто. Повернула ее вправо. Она с легкостью подчинилась, но гадское окно не желало раскрываться. Я опустилась и села на подоконник. Облокотившись на оконный откос, вытянула уставшие босые ноги. Лак оттенка «Бриллиант» мерцал в тусклом освещении комнаты.

Опустошенный взгляд уперся в противоположный косяк. Еще совсем недавно, моя жизнь была наполнена суетой, весельем, восторгом. Меня окружали любимые люди.