Фрейлина ее высочества

Каштановые волосы, обрамлявшие нежный овал лица, конечно же, не помешало бы вымыть, а ни к чему другому больше было и не придраться.

Ни к огромным, оттененным длинными ресницами зеленым глазам, ни к высоким скулам, ни к пухлым, красивой формы губам.

Лучше и не придумаешь, решила я...

Вернее, хуже и некуда, потому что в чужом мире я бы не отказалась обладать менее броской внешностью. Впрочем, я бы от многого здесь не отказалась, но меня, опять же, никто не спрашивал, когда переносили в этот мир и в это тело.

Отлипнув от зеркала, я упала на кровать и блаженно закрыла глаза. Моя несчастная спина и давно уже отбитая об седло задняя часть тела были крайне благодарны за эту позу.

Мне казалось, что я могу лежать и лежать – вот так, без каких-либо умных мыслей, разглядывая потолок с потрескавшейся побелкой, надеясь на то, что скоро все образуется.

Но я не смогла.

В голове продолжали крутиться не слишком приятные мысли.

Например, о том, что убежище в доме «верных людей» казалось мне не таким уж надежным, и наше посещение дома Ранье могло пройти совсем не так, как планировал Эван Хардинг.

Впрочем, мне все же удалось разогнать негативные мысли, после чего я с огромным удовольствием приняла ванну, позволив присланной служанке помочь мне вымыться.

Чего только не сделаешь, чтобы Матильде Ранье жилось спокойно!

Горничную звали Мира, лет ей было около двадцати пяти, и она оказалась не в меру болтлива. Пара комплиментов ее ловким рукам, неприкрытая лесть внешнему виду – у нее была непокорная грива рыжих волос и озорные веснушки по лицу, – затем несколько наводящих вопросов, и Мира принялась выкладывать подробности жизни семьи Ранье.

Да так, что я даже не ожидала от нее подобной прыти.

Рассказала мне о том, что Матильда Ранье сама из столицы, но не из благородных – дочь обеспеченного торговца, державшего несколько овощных лавок на разных рынках Вельфаста.

По большой любви Матильда в восемнадцать лет выскочила замуж за лорда Ранье, происходившего из разорившегося дворянского рода.

Отец, у которого были другие планы на единственную дочь, их брака не одобрил. Лишил Матильду приданого, на которое рассчитывали Ранье, и молодоженам пришлось перебраться в сельское имение мужа под Берганотом.

Матильда мечтала о другой жизни, но без надлежавших средств ничего не вышло.

Наконец, пару лет назад материальное состояние семьи Ранье улучшилось, потому что родители Матильды умерли и она вступила в права наследства.