Белая птица и черный волк

Ворчит порой даже, мол, лучше меня пением владеешь… Так деревня вся теперь ко мне только и ходит.

– Потрясающе, – на губах Анаи поселилась теплая улыбка. – Ты живешь совсем в другом мире. Мне вот думается, что нас здесь двое, а на самом деле может быть… Хоть с десять духов рядом! Поведай-ка, права я? А?

Йор улыбнулся.

– Кто знает.

Они посмеялись. Разговор плавно зашел о том, о сем… Анаи, конечно, не знала – и никогда не смогла бы узнать – но она была права. Вокруг них правда были десятки самых разных духов.

На плечах, голове и спине будущего шамана цепко висело с десяток темных духов, постоянно гудящих, как рой, и не отстающих от него ни на мгновение. Но он даже виду не подавал, что что-то не так.

***

Никто не заметил, как пролетел месяц.

Родителям, что вернулись из путешествия, в первый же день рассказали, какая Анаи молодец и как много шкурок добыла, охотясь с группой. Бьок рассвирепел, как снежный барс, а Найя стала удивительно быстро менять цвета на лице: сначала белый, потом серый, потом красный…

Их ждал серьезный разговор дома.

– Я сколько раз говорил? Для кого говорил, что нельзя в низины, пока не повзрослеешь? – Бьок тяжело стучал кружкой горячительного на каждое ударное слово.

– Папа, я достаточно взрослая, чтобы защитить себя от дикого волка. – Анаи отвечала твердо. – И потом, сколько раз я не спускалась, ничего со мной не приключалось!

– Не в этом дело! Найя? – отец с тревогой посмотрел на мать, и та вздохнула.

– Девочка моя, Анаи, – она взяла дочку за обе руки, заглянув в глаза. – Скажи мне. Когда ты была в низинах, ты… Трогала цветы?

Анаи проморгалась. Взяла паузу…

– Цветы, мама?

– Цветы, дочка.

Это был крайне неожиданный вопрос, учитывая всю серьезность ситуации. Анаи кивнула:

– Трогала.

В этот миг Найя опять стала играть цветами на лице, и слово взял Бьок.

– И… Ты ничего не почувствовала?

– Было что-то… Похожее на дуновение ветерка.

– И всё?

– И всё.

Бьок задумался. Взвесив, тяжело встал из-за стола и сказал:

– Я иду к Пра-Ба. Она должна нам помочь.

– Помочь в чём? – Анаи чувствовала себя глупо, как будто снова стала ребенком, не понимающим взрослых разговоров.

– Дело вот в чем, дочка… – дрожащим голосом начала Найя.