Я плету твою судьбу

В этот раз к почившему ублюдку я прикасалась со смесью отвращения и брезгливости. Всего одним глазком взглянуть, чтобы убедиться в собственном подозрении.

Маки по-прежнему были на месте. Горели ярко, будто отображая тот огонь, в котором сгинул их хозяин. И вокруг всего этого буйства разливался ореол удовольствия. Наконец до меня дошло, что же меня смутило ещё в предыдущей жертве. Я не просто видела, с какими чувствами умирали жертвы — я ощущала эти эмоции. Впитывала их.

— Кэ-эй, — протянула я, — у нас большая проблема.

— Что ещё? — Следователь в этот момент пробил очередную балку, что перекрывала выход из подвала.

— Наш маньяк действует не один. — Я вскинула руку, прикрываясь от яркого света, и успела заметить, как вытянулось лицо Кэя. — Смерти последних жертв окрашены эмоциями. Да так, что даже сквозь нити ощущаешь эти чувства.

— И? — Войнот спустился ко мне, подал руку, а вниз бросил заклинание стазиса, законсервировав место преступления. — Что ты хочешь этим сказать?

— У маньяка есть сообщник, чаровник, — твёрдо проговорила я, уверенная в своём предположении.

— Хм.

Большего я от Кэя не добилась. Он продолжал молчать и когда мы выбрались наверх, и когда дошли до безопасной зоны. Даже не смотрел на меня толком, погружённый в мысли. Единственное, что я от него услышала, — так это просьбу подождать его в маголёте.

Я не стала спорить, тем более что и сама хотела уже от всего спрятаться, а уютный салон чудесной машинки предоставил мне эту возможность. В окно я наблюдала за тем, как следователь сначала переговорил с командиром огнеборцев, что-то показывая ему в месте пролома.

Затем Кэй дошёл до матроны, которая, судя по всему, заняла пост старшей. Приятная миловидная женщина, и хотелось бы верить, что она и по характеру такая же. По крайней мере, то, что госпожа Мордо — та ещё тварь, было видно даже внешне. Всё-таки личность человека помечает его внешность. И если поначалу это не так заметно, то чем больше гадкого творит человек, тем больше его чёрная душа проступает сквозь внешнюю оболочку.

— О чём задумалась? — Кэй сел в маголёт и завёл двигатель.

Его голос звучал подчёркнуто беззаботно. Но плотно сжатые губы и то и дело играющие желваки выдавали состояние Войнота с головой. Следователь был в бешенстве.

— Об отражении внутреннего мира человека на его внешности, — ответила я, озадаченно следя за собеседником.

Кэй вывел машину на трассу и взял такой разгон, что у меня сердце гулко ухнуло от страха.