Двойное попадание

— С магистром Ренцом лучше не спорить, — посоветовал блондин, — он дважды свои просьбы не повторяет.

— Скорее, приказы, — исправила Дантэ я.

— Такой уж он хаши. Они все чересчур властные и гордые существа, — продолжал говорить однокурсник, не обращая внимания на мое высказывание.

— Кто такие хаши? — вклинился в разговор Тим.

— Восточные демоны, — пояснил блондин.

— Так у него рогов нет, — отметила эту весьма заметную особенность, что присутствовала у Рая, моего первого знакомого демона.

— У восточников нет рогов и хвостов.

— Ты тоже демон?! — слишком сильно удивилась я и на всякий случай сделала шаг в сторону от мужчины, пусть это было дьявольски нелегко. К Дантэ меня по-прежнему сильно влекло.

— Инкуб. Южная ветвь. На самом деле нас много больше, чем восточные, западные, южные и северные. Просто эти линии самые многочисленные.

Суть я уловила и поэтому сделала еще один тяжелый в плане исполнения шаг от демона.

— Вот какого черта меня к тебе тянет! — обвинительно ткнула в блондина пальцем. Тим рядом хмыкнул. Ну да, какого именно черта и так было понятно. Занятное выражение получилось, если знать контекст.

— О-о-о, — сексуально протянул искуситель, — а я уже было решил, что ты устойчива к моему очарованию, — и такая многообещающая улыбка появилась на лице этого монстра, что я готова была прямо сейчас повиснуть на его шее, разрешая делать со мной все, что его черной душе угодно.

— Элли, — обратился ко мне босс, но я его проигнорировала, утопая во взгляде инкуба.

— Элли! — кажется, меня трясли, однако, помогало это мало.

Весь мой мир сузился до этих колдовских голубых глаз, что обещали невероятное наслаждение на грани возможного. Я даже начала снова приближаться к объекту своих непотребных фантазий, не замечая этого.

И тут кто-то обхватил мою шею одной рукой, притягивая к теплому телу, а вторую по собственнечески расположил на ягодице, сильно сжимая оную.

— Внушительные формы.

Я будто чувствовала движение губ, когда Тим произносил эту фразу, губительный смысл которой дошел до моего разума гораздо позже прикосновений.

Инкуб был забыт. Перед глазами упала пелена.