Двойное попадание

Почему не помог строить шалаш? ― нападала на растерявшегося босса я.

― Ты бы меня еще сверху ногой звезданула, и я бы и мать родную забыл, ― огрызнулся брюнет.

Точно, он же с сотрясением был. Неужели настолько серьезным?

― У Страшилы были нарушения в работе мозга. Его наш целитель подлатал, как и ваш висок, ― испанец протянул руку и нежно коснулся кончиками пальцев моей совершенно здоровой кожи.

А я и не заметила, как перестала болеть голова и исчезла рана. Выходит, когда мы были в отключке, нас хорошенько обследовали.

― Так, на сегодня информации достаточно. Завтра в семь утра вас разбудят, дадут расписание и карту академии. Завтрак в восемь. Не опоздайте. Арханге сонь не кормит, ― напутствовал Сайм.

Он обошел стол и протянул руки к квиксу, что уже стер язык до дыр, но не сдавался.

― Пойдем, мой хороший. Хватит с тебя магии. А то наш Страшила скоро от истощения в обморок шлепнется, ― мягко увещевал испанец, стягивая животинку с босса.

― Ему не впервой, ― не удержалась я.

― У меня было сотрясение, ― прорычал Тим.

― Угу, а на похоронах что? Штормило от грязевых волн? ― хихикнула и тут же отодвинулась подальше от начальника, ибо он возжелал вылить мне на голову остывший чай.

― Я не падал там в обморок, ― отчеканил брюнет. Он был явно на грани.

― Только удобрял землю, ― захохотала и умчалась из столовой, ибо окончательно взбесила Тима.

К слову, это мы покинули Сайма, а не он нас. До общежития я неслась как угорелая, поскольку этот некогда цивилизованный человек не мелочился больше на чашках, он прихватил целый чайник. Душ из заварки у меня не было желания принимать, потому скорость развила приличную. Ох, что-то этот мир плохо на нас влияет.

До комнаты я добежала первая и даже открыла ее с первого раза, а вот полностью закрыть не удалось, препятствовала мужская нога в сапоге.

― А-а-гхр, ― прорычал мужчина за дверью, но стопу не убрал, ― а ну открывай!

― Уже бегу!

Будто я была настолько дурой, чтобы открыть разъяренному мужчине с заварником в руках. Он же меня им и тюкнет. Сначала польет чайком, а потом прибьет.

― Элли, солнышко. Я только вылью заварочку тебе на голову и тут же успокоюсь, ― заискивающим голосом увещевал меня начальник.

― Ага.