Таро и Хиро. Становление адских правителей

Увидев свою супругу в очень свободном свитшоте, наверняка, взятом у одного из бесопузиков, с нелепо взлохмаченной шишкой на голове, небрежно запихивающей вредную еду в рот, он был просто повержен. Все трое сидели на кровати, причем Илэриас, устроившись в объятиях Таро, сидела к нему спиной, Хиро же, подложив под голову подушку, лежал у ее ног. На кровати вокруг них и повсюду на полу валялся мусор: пакеты от чипсов, три коробки из-под пиццы и несметное количество опустошенных бутылок из под пива.

Увиденное так ошеломило инкуба, что икота застала его в самый неподходящий момент.

— Пошли вон! — крикнула Лэр, не собираясь прерывать свое веселье с бесопузиками, и запустила в дверь еще одной опустошенной бутылкой пива. Та разлетелась на осколки, Асмодей едва успел увернуться.

— Эй! Что на вас нашло?! — крикнул Абигор. Инкуб и Дар дернулись, услышав командный голос внезапно выросшего позади генерала.

— Оставьте нас в покое! — пьяно заорал ему в ответ Хиро.

— Пшли к ангелам! — ломаным криком отозвался Таро, после чего по ту сторону двери опять что-то звонко ударилось. От этого демоны и вампир отпрянули и остались стоять как вкопанные, оценивая ситуацию.

Внезапно Дара пробрал безудержный смех, перешедший в истеричный ржач, как у Уфира. Инкуб, до того испытавший досаду, теперь не мог сдержать гнева и поспешил обрушить его на ни в чем не повинного фон Кейзерлинга, тыча в его сторону пальцем, он приказал:

— Ржаку в сраку!

Услышав это, фон Кейзерлинг прижался к стене и, схватившись живот, в бессилии сполз на пол:

— Ой, замолчи, меня сейчас порвет, — хохотал он до слез, утирая рукавом набежавшие слезы.

Абигор же, не обратив на них никакого внимания, бросился к двери и, упершись ногой и вцепившись в ручку, принялся тянуть ее на себя:

— Я… Я тоже к вам хочу! Мы ведь одна семья! У вас так весело! Это нечестно! — Та категорически отказалась поддаваться, и он отпустил: — Они что же, заклятие наложили? — Грудь его надулась и стала быстро вздыматься и опускаться, будто до того он пробежал кросс.

— Оставьте их. У них, вероятно, тот самый вечер, — все еще держась за живот, но, наконец, просмеявшись, вымученно выдавил Дар.

— Что, правда? — в замешательстве обернулся к нему генерал. — Вечер откровений?

— Что еще за вечер откровений? — нахмурившись, Асмодей скрестил руки на груди.

— Это бывает раз в три месяца.