Дикая магия. Проклятье "Черного тюльпана" – 2

Ох, не ошиблось «нутро» старика Эйвери, предсказавшее неприятности… Чувство самосохранения у меня отшибло давно и напрочь.

– Анна! – строго одернул меня Артур. – Позволь представить тебе нового члена Совета Академии, нашу бывшую ученицу и хорошую знакомую профессора Карпова – Джорджину Ловетт-Раскову. Я пригласил ее к нам погостить на несколько дней… скажем так, с комиссией и дружеским визитом.

Ах да, Расков! А я думала, откуда мне известна эта синеглазая порода. Николай, наверное, приходился ей племянником или младшим братом.

– Джорджина, не гневайся. Моя крестница не слишком хорошо воспитана, но мы над этим работаем.

Артур миролюбиво подмигнул мне, а я захотела отдавить ему ногу каблуком.

– Крестница? – удивленно осклабилась фурия, поцокала язычком и натянула приветливую гримасу. – Тогда ты, как опекун, знаешь, что современные девушки часто забывают о своем месте в волшебном мире… Задача старших – почаще им об этом напоминать. Например, ваше платье, моя дорогая, далеко от форменного.

Так вот ты какая, «Джинка синеглазая». Понятно теперь, что за вкусную кость решил тебе бросить крестный.

– А вам как кажется, профессор? – состроив «саму невинность», обратилась я к неприлично счастливому Карпову. – Стоит наказать меня за неуместный наряд? Заставить соскребать какую-нибудь жуткую слизь с пола? Или вручную постирать чье-нибудь постельное белье, так некстати пахнущее сиренью?

Удивляюсь, как у меня дым из ушей не повалил.

– Уже вечер, Джин. Занятия закончились, и мисс Дэлориан может смело носить все, что нравится ей… или кому-нибудь другому. В рамках приличий, разумеется…

Профессор глянул на меня с еле заметной ухмылкой, хотя в глазах был укор и, пожалуй, нотки сожаления. Будь у меня с собой ушат ледяной воды, я бы с маниакальной радостью и загробным хохотом окатила Карпова с головы до ног. Он еще ухмыляется… ну вообще!

***

Пятничное утро встретило меня больной головой и сдержанно-холодной Авророй.

– Видела, да? А я тебе рассказывала про нее. Удивительно, что ректор пригласил дамочку в Большой Совет, с таким-то пестрым прошлым…

– Потому и пригласил, – ворчала я, уложив гудящую голову на сложенные руки. Завтракать не хотелось.