Дикая магия. Проклятье "Черного тюльпана" – 2

– Стойте, мисс Дэлориан! Не ступайте на пол!

Кричала Карамзина. Она маячила у порога с обеспокоенным лицом, заспанным и слегка помятым.

Кто-то запустил в потолок десяток белых шаров, и мрак отступил. В мерцающем свете проявилась темная лужа: она облизывала широкими краями мою кровать и тянулась до самого выхода. Потолок будто баллончиками изрисовали – какие-то корявые символы нависали прямо над головой.

Подруги, видимо, прыгали с кровати на кровать, пробираясь к выходу. Моя же койка стояла особняком у окна, метрах в трех от ближайших соседок.

На такой прыжок с места рассчитывать не приходилось.

Газ в световых шарах разгорался все ярче, комната проступала все четче… И лужа, и символы оказались красными. Я не удивилась, потому что по запаху давно поняла, что окружена кровью.

Сознание принялось брыкаться, надеясь оторваться от тела и улететь в мирные, спокойные дали… Но напоследок адская комнатка преподнесла ему еще один сюрприз. На моем одеяле в неестественной позе лежало животное. Когда-то шерсть кошки была белой, а глаза голубыми.

Сейчас же вокруг горла расползалось розовое пятно, а взгляд остекленел. Ногам было липко и холодно. Судя по степени оцепенения, кошка давно истекла кровью… прямо на мои ступни.

Дальше все было как в бредовом тумане. Посмотрела влево – увидела на полу мертвую крысу. Вправо – там валялась убитая курица. Позади меня, на подоконнике, с распростертыми крыльями лежал ворон. Ужас сковал тело. Я наконец-то собралась закричать, но рот больше не повиновался.

Губы задрожали, и все вокруг поплыло.

Где-то далеко, полностью расфокусированные, мелькали силуэты. Сознание услужливо описывало происходящее, но разум отказывался вникать в детали. Вроде бы в комнату заглянул Валенвайд, но с озверевшим видом отшатнулся, пробормотав «Мне тут нельзя находиться. Прости, Ксения».

В проеме возник Осворт, шумно втянул воздух и подтвердил опасения Карамзиной: «Свиная… Идеально для зачарования. Не пускай никого. Надо проверить на проклятья.

Потерпите, Анна, еще немного». Прошаркал по коридору старик Эйвери, озабоченно кряхтя и опрашивая соседок.

А я просто сидела, парализованная страхом. Стоило сбросить с ног это жуткое одеяло… Но мысль о том, что ждет под ним, пугала сильнее. Руки и плечи окоченели. Сколько прошло с предупреждения Карамзиной – пятнадцать минут или полчаса? На мне была тонкая трикотажная майка и такие же пижамные шорты, но сейчас бы я не отказалась от свитера и шерстяных носков.