Целительница

– Встань, пожалуйста, на минутку.

Макс, кряхтя, пересел на стул. Вера расстелила поперек кровати шерстяное одеяло, поверх положила два полотенца, свернув их вдоль. На них легла скатерть. Затем она надела перчатки, которые тоже нашлись в закромах бабушкиного сундука, и окунула в воду третье полотенце. Отжала его, развернула на скатерти и велела:

- Быстро ложись!

- Сварить меня хочешь?! – возмутился Макс, глядя на густой пар, что валил от мокрого полотенца.

- Кому говорю, живо в постель! – прикрикнула Вера.

И дальше ослушаться Макс не рискнул – лег на горячее сооружение, только ойкал и айкал непрестанно.

Вера быстро запахнула на нем мокрое полотенце и скатерть, потом до подмышек запеленала в сухие полотенца. Закутала шерстяным одеялом до подбородка и сверху накрыла еще пуховым, подоткнув его со всех сторон.

- Прощай, - прохрипел Макс.

- Я тебя спасаю, а не убиваю. Выживешь.

Затем она распахнула окно и впустила в комнату морозного воздуха.

- А теперь засекаем время. Будешь терпеть двадцать минут, - первый раз за весь вечер улыбнулась она.

- А как же ты? Замерзнешь ведь.

- Молчи и принимай процедуры. А я посижу у печки.

Несколько минут прошли в молчании. Лишь с улицы доносись скрип далекой качели и хруст снега под ногами случайных прохожих.

- Вер, а ты изменилась, - голос Макса вырвал ее из невеселых мыслей.

- И в какую сторону?

- Суровая какая-то стала.

Станешь тут… Но вслух она этого не сказала.

Глава 11

Через пару дней Вера разрешила Максу вставать в кровати. А до этого пичкала отварами и уговаривала потерпеть.

- Ты не понимаешь, как это опасно?! – возмущалась она. – Если болезнь не долечить, может возникнуть осложнение. Тебе это надо?

- Детский сад, честное слово, - ворчал Макс. – Даже в туалет приходится отпрашиваться.

- Кстати, о птичках… Я тебе там ведро поставила.

- С ума сошла?! Может еще утку за мной выносить будешь?!

Макс капризничал, как ребенок, доводя Веру до белого каленья. То порывался идти к Самоделкину - видите ли интернет ему срочно понадобился.

То по дому разгуливал, практически в чем мать родила. Слава богу хоть трусы сменил на более нейтральные. А то вид нежно-розовых сердечек неизменно вызывал у Веры смех. А учитывая ее неуравновешенную психику, смех рисковал перерасти в истерику. В общем, намучилась она с нерадивым пациентом за какие-то два дня.

- Ну, я пойду, осмотрюсь, - поставил ее перед фактом Макс, когда она разрешила ему встать с кровати и выйти из дома.

- Ну кто бы сомневался, - проворчала Вера.