Избранная ⅠⅠ. Знамение

– Будет больно, – в словах послышалась жуткая радость и улыбка, интересно, скольких она прикончила до меня?

Холодная ладонь легла на мою голову и появилось ощущение, словно во мне что-то начало неистово копошиться, желая вырваться наружу через мои кишки. Женщина шептала что-то на латыни, похожее на заклинание призыва, но удалось разобрать всего несколько слов.

Мое и без того измученное нутро начало гореть, словно внутренности опустили в кипящее масло. Грудную клетку сдавило, а в области живота будто кололи сотней ножей сразу.

Вдруг послышался неприятный лязг и хриплый стон, после чего давление на голову пропало. Похоже маг убрала руку с моей головы и благодаря этому боль немного утихла.

– Анастасия! – Послышался издалека голос. Вроде меня так зовут. Хотя, все уже походило на бред сумасшедшего.

Сквозь сильную боль различила прикосновения и мое тело вдруг потянуло вверх. Не знаю кто отвязал конечности от пентаграммы, но этого я даже не ощутила.

Перед глазами не было абсолютно ничего, только тьма и как бы ни пыталась их открыть, ничего не менялось. На какой-то миг пелена ослабела, и я различила на полу силуэт в ореоле черного пятна крови с чем-то длинным в спине. Мне показалось или труп усыхает на глазах?

В животе снова что-то зашевелилось, и не в силах больше справляться с болью, потеряла последнюю тонкую нить, связывающую меня с реальностью.

Жуткая агония поразила мое тело, словно скелет пытались вытянуть из кожи. Широко распахнув глаза на минуту подумала, что нахожусь в облаке густого дыма, но это была всего лишь зрительная иллюзия, проморгавшись поняла, что ничего не поменялось – я ничего не вижу.

– Остановите огонь, – заорала во весь голос, ощутив новый жгучий порыв в животе, но мой пронзительный вопль затонул в раздирающе оглушительной тишине. Почему меня никто не слышит? Где я? Новая вспышка боли отключила сознание и больше была не в силах понять где нахожусь и что со мной происходит.

То приходя в сознание, то отключаясь, я постоянно видела лишь пелену перед глазами и ощущала адскую агонию от новых вспышек боли. И вот в последний раз распахнув веки наконец увидела мир в прежних красках, мучения в области живота не прекратились, но были более-менее терпимыми.

Потребовалось пару минут, чтобы осознать, что надо мной склонился трансиер.