Инифинт

Вильда привели в помещение для допросов, королева ожидала его там. Бывший любовник был спокоен и, как назло, по-прежнему хорош. Кудри его были отброшены назад, бледность лица и измождённый вид придавали ему что-то героическое. Фаворита приковали за руку к кольцу в стене, и Ильчиэлла приказала всем удалиться.

Воцарилась тишина. Бывший любовник смотрел королеве в глаза, в его взгляде был вызов.

— Кто дал вам задание расстроить помолвку? — спросила королева.

— Я думал, ты догадалась, — усмехнулся он.

— Извольте разговаривать с королевой так, как это предписано протоколом, — сказала Ильчиэлла скорее мрачно, чем холодно.

— Ильчи, — сказал Вильд, — здесь никого, кроме нас, нет. Мы были на «ты» довольно долгое время. Да, я сбросил маску, и я готов сказать тебе правду.

Королева молчала, холодно внимая его словам.

— Пусть я циничен, — проговорил Вильд, — и поступил подло. Думай так, мне всё равно. Я не прошу прощения. Открою тебе свою тайну: там, в Люберии, есть женщина, которую я люблю. Я схожу с ума от одной мысли о ней.

Стены комнаты для допросов разом куда-то поплыли, и на каждой из них возникло ядовитое женское лицо с жалом вместо языка… Рука Ильчиэллы бешено затрясла колокольчик.

— Уведите его, — задыхаясь, приказала она появившейся страже. Бывший фаворит, уходя, даже не обернулся в сторону королевы.

Ильчиэлла дорого дала бы теперь, чтобы узнать, что фаворита толкнули на измену деньги, посулы, честолюбие, азарт… — но не любовь к другой. Удар был слишком силен. Пришлось вызвать ожидавшую в карете камеристку, объяснить, что королеве нехорошо, и необходимо потереть ей уксусом виски и дать проглотить несколько капель настоянного на волшебных травах, крепкого бальзама…

Прошло почти полчаса, прежде чем Ильчиэлла пришла в себя и смогла продолжать. Ей предстояло ещё допросить второго заговорщика.

Посол Борге уверял, что не причём. Он всё отрицал, клялся, что с Вильдом незнаком, цель его визита была: доставить послание принца Лоуленвиля.

— Я устала от вашего вранья, — сказала Ильчиэлла. — Ваш разговор с Вильдом слышали!

Посол божился, что это был не он: Фарли ошибся.

— Довольно, — сказала королева. — И вас, и вашего сообщника отдадут палачу, и будут пытать до тех пор, пока вы не перестанете упорствовать.