Алексис Бронте: Тайны королевского рода

Я не надеялась, что он мне ответит, но он все-таки это сделал хоть и не словами. Он указал головой в сторону густого леса, но мне это ничего не дало.

— Я хочу домой, — возражала я. — Мне холодно, а в лесу нет ничего хорошего кроме как диких изголодавшихся животных.

Крылатый конь посмотрел на меня своими голубыми глазами и, подойдя ближе, укрыл сияющими белоснежными крыльями, которые оказались неимоверно теплыми.

Мы пошагали дальше, хоть мои ноги совершенно замерзли и промокли от вечного вхождения в сугроб.

В скором времени началась метель, ломающая ветки деревьев и носящая меня из стороны в сторону. К счастью, вскоре мы обнаружили едва заметную пещеру, внутри которой было куда уютнее, чем снаружи.

Пегас оставил меня в ней, а сам ушел обратно в лес. Мне не оставалось ничего, как надеяться на его возвращение, как-никак, но с ним лучше, чем совсем одной. Удобно примостившись на единственном камне, я стала покачиваться из стороны в сторону в надежде, что мама и папа совсем скоро вернутся за мной и попробуют убедить, что увиденные мной ранние события в замке лишь страшный сон, а вовсе не реальность, и я бы с радостью в это поверила.

Но как бы я не хотела этого, я действительно находилась в пещере в тонком шифоновом платье, которое ничуть не могло меня согреть.

Прошло более десяти минут, прежде чем пегас вернулся с маленьким созданием, укутанным в зимнюю шубу. Передо мной оказался самый настоящий гном с бородой и едва заметными черными глазами размером с бусинкой.

— Ваше высочество, — с поклоном проговорил он. — Меня зовут мистер Телхар. Я вам принес шубу и немного хвороста, чтобы распалить костер.

— Спасибо, — дрожащим голосом проговорила я, закутавшись в шубу по самую голову.

Тем временем пегас встряхнул в одно мгновение весь снег, собравшийся за время пребывания на улице. А потом подошел ко мне и, примостившись рядом, укрыл крыльями мои ноги и только после этого, я почувствовала, что начинаю отогреваться.

— Простите, что не принес вам еду, боюсь, она вам не понравится, — продолжал мистер Телхар.

— Еда гномов не предназначена для людей.

— Благодарю за вашу доброту и помощь. Я вовсе не голодна, — солгала я. Мне не приходилось видеть еду более пяти часов, а за это время я успела как следует изголодаться. Но как я могу думать о еде, когда родители на поле сражения остались совсем одни, и неизвестно, вернутся ли они живыми.

— Для вас все, что угодно, принцесса, — ответил он с улыбкой.