Алексис Бронте: Тайны королевского рода

А когда спустилась на кухню, где Люси смотрела очередной ужастик, тетя испугалась, заявив:

— Если ты еще раз так подкрадешься в этом мрачном наряде, будешь ночевать в лесу вместе с Марком.

Я расхохоталась особенно от того, что тетя выставила сковородку вперед, якобы защищаясь от меня. На самом деле, если этой кухонной принадлежностью хорошенько врезать по лицу, человек может на несколько минут отключиться. Чтобы не пугать ее еще больше, я опустила капюшон назад, но Люсинда вновь произнесла:

— О боже, Алексис, что ты сделала со своим лицом?

— Это всего на один день, к тому же, я лишь сделала выразительнее глаза, чтобы походить на ведьму.

— У меня складывается впечатление, что ты не ведьма, а смерть, которая пришла за мной.

Я весело посмеялась, и с каждым разом, когда Люси сердилась на меня, мой смех становился все громче и громче.

— Когда ты вернешься? — уже более спокойно, но все же с легким трепетом спросила Люси.

— Я не знаю, — честно ответила я. — Не переживай, Марк по-любому меня проведет до дома.

— Все же будь осторожна, — продолжила тетя. — Ты же знаешь, что ночью в день Хэллоуина нельзя выходить на улицу.

— Неужели ты веришь в то, что по городу бродят призраки? — спросила я. — Ты хоть раз их видела?

— Нет, но мне не хотелось бы встретить их, — заверила Люси. — К тому же, если Марк снимет плаща, и ты увидишь то, что он скрывает, ты начнешь верить во всякую чушь.

— Сомневаюсь, что мне удастся уговорить его, — призналась я. — Почему ты сама не можешь мне все рассказать?

— Это не мой секрет, Алексис.

— Ладно, — на выдохе произнесла я, выходя из дома. — Не скучай без меня. Тотошка, охраняй дом.

Пес на мои слова радостно затявкал, виляя хвостом из стороны в сторону.

Стоило только поместью Уотерсонов скрыться из виду, как моему взору предстали тыквы, глаза которых ярко сверкали, освещая дорогу до самого университета. Впервые это шикарное архитектурное сооружение было не таким милым и безлюдным, как я привыкла видеть его каждый божий день, теперь из огромного количества окон горело лишь одно на первом этаже, но так тускло, что меня бросало в дрожь.