Алексис Бронте: Тайны королевского рода

Да, он умер, но неужели нельзя было рассказать? А Люси, по всей видимости, тоже все знала, но молчала. Ненавижу. Почему мне вечно все лгут, почему вечно что-то скрывают думая, что так будет лучше?..

— А теперь моя очередь спрашивать, — увидев, что я обмякла от услышанного, Марк поменял положение, садясь на меня также пригвоздив к дереву. — Всегда ли ты знаешь, когда человек врет?

— Да, — тут же ответила я, злобно глядя на него. — По мимике и взгляду это прекрасно можно понять. В этом нет ничего сложного.

— Ошибаешься, — заявил Марк, наклонившись ко мне ближе, отчего его капюшон открыл все лицо.

Только сейчас я смогла отчетливо рассмотреть его обворожительную внешность, замечая, насколько прекрасно его очертание скул. Так и норовит нарисовать портрет, жаль только с меня художник как с Марка балерина.

— Неужели ты ничего не знаешь о своей семье? — сочувственно произнес парень, хмуря брови.

— Как оказалось, нет.

Минуту парень рассматривал мое лицо, будто пытался найти там какой-то изъян или доказательство своей правоты, но для меня эти шестьдесят секунд показались вечностью.

— Думаю, нам стоит познакомиться по-человечески, — продолжил он, не отрывая от меня взгляд. — Меня зовут Марк Олифард.

— Алексис Бронте, — представилась я, пожимая протянутую руку. — И к тебе у меня есть куча вопросов.

— Не все сразу, детка, — с легкой ухмылкой произнес Марк. — Время позднее, тебе пора домой.

— Какая забота, — тут же заметила я.

— Это я уже давно понял.

Не знаю, почему, но с Марком мне было намного спокойнее, чем где-либо. Лесная чаща меня вовсе не пугала, а убаюкивала в ночной тиши под еле слышный звон птенцов, которые с каждым часом замолкали, давая ветру с громким свистом напоминать, что вскоре наступят холодные вечера осени.

— Замерзла? — спросил Марк и, не дожидаясь ответа, притянул меня к себе под плащ. Сначала я хотела возражать, но, почувствовав приятное тепло, будто дома у камина в новогоднюю ночь, я и слова не смогла произнести для сопротивления.

В полной тишине парень провожал меня домой, но как всегда не переступал через реку, от которой совсем неподалеку находился мой дом. Неужели боится намочить ноги? Спрашивать об этом я не захотела, по крайней мере, не сейчас. Марк и так не должен меня провожать.

— Ты всегда в лесу? — поинтересовалась я, не желая прощаться.