Алексис Бронте: Тайны королевского рода

Ког­да ее наш­ли, Бог ска­зал ей: «Бу­дешь ты по­доб­на лу­не ски­тать­ся по зем­ле веч­но и не смо­жешь боль­ше лю­бить, по­целуй твой смер­те­лен бу­дет, а сле­зы по­доб­но дож­дю жизнь да­вать бу­дут, и толь­ко ночью ты смо­жешь по­яв­лять­ся на зем­ле, но с пер­вы­ми лу­чами сол­нца ты бу­дешь пря­тать­ся во ть­ме — это твоё веч­ное прок­ля­тие!» Ли­лит спро­сила тог­да: «За что, Соз­да­тель, ты прок­лял ме­ня? Я не хо­чу лю­бить ни­кого, кро­ме те­бя, не от­вергай ме­ня!» От­ве­тил Бог: «Ты не под­чи­нилась во­ле мо­ей, и я прок­ли­наю те­бя на веч­ные му­ки и стра­дания, ты бу­дешь жить в из­гнанье веч­но сре­ди по­доб­ных те­бе!»

— Тог­да она при­со­еди­нилась к Лю­цифе­ру? — спро­сил па­рень воз­раста при­мер­но то­го же что и Брай­ан.

— Да, — кив­ну­ла свет­ло­воло­сая жен­щи­на. — Они соз­да­ли свое собс­твен­ное царс­тво, пос­ле че­го Ли­лит прок­ля­ли еще раз.

— Все ее де­ти уми­рали, ведь так? — уточ­нил ан­гел, си­дев­ший не­пода­леку от ме­ня.

Я нап­ряглась всем те­лом, меч­тая о том, что­бы сме­нили те­му раз­го­вора.

— Об этом мы по­гово­рим в дру­гой раз, — я об­легчен­но вы­дох­ну­ла, — ска­жу лишь од­но — Джей­мс ро­дил­ся преж­де, чем Ли­лит прок­ля­ли.

— Ли­лит прок­ли­нали дваж­ды, — не ос­та­нав­ли­вал­ся ры­жево­лосый маль­чиш­ка, — Лю­цифе­ра же прок­ля­ли лишь раз. Один раз в сто лет он воз­вра­ща­ет­ся на Зем­лю, что­бы уви­деть ту, ко­торую по­любил и лю­бит ве­ками изо дня в день.

— Ед­ва ли это мож­но наз­вать лю­бовью, — ус­лы­шала я зна­комых го­лос Ди­его, встряв­ше­го в раз­го­вор, — ведь раз в сто лет най­дя ее, он уби­ва­ет нес­час­тную, за нес­держан­ную клят­ву веч­ной люб­ви.

Я ос­та­лась си­деть на мес­те, не в си­лах по­вер­нуть го­лову или от­ве­тить что-то на его сло­ва. Да и что бы я мог­ла ска­зать?

— Мы отош­ли от те­мы, — на­чал бы­ло ди­рек­три­са, но ее пе­реби­ли.

— По­чему же? — уди­вил­ся Ди­его, смот­ря на ме­ня злоб­ным взгля­дом, я это чувс­тво­вала, да­же не по­вора­чива­ясь к не­му ли­цом.

— Я не ба­тарей­ка, что­бы ис­кать во мне плю­сы и ми­нусы, — не сдер­жа­лась я.