Академия Торлан. Перевоспитать эльфа

Старый, но вполне действенный маркетинговый ход, который продолжал привлекать внимание студентов и путников.

— Ирииль! — донеслось со стороны столиков.

За одним из них сидела Сирильда. Девушка с каре под цвет ее фиалковых глаз и склянок, что мирно дожидались очередного приступа в шкафу. И слишком, непозволительно быстро заканчивались. Последние пару дней я ощущала на подкорке приближение очередного всплеска. И это была еще одна весомая причина спешки.

Я кивнула соседке и подошла к прилавку, где меня уже ждала владелица булочной.

— Что будете? — женщина поприветствовала меня обворожительной улыбкой.

— Мятный чай и заварнушку.

Сиара выдала небольшой лист с номером заказа и заверила, что еда сразу появится на столе. Я улыбнулась и поспешила к Сирильде. Она уже почти допила свой любимый травяной отвар. Губы сами собой растянулись в улыбке — по-другому и быть не могло, учитывая, сколько всего мы разделили в нашей комнате, пока целительница еще училась. Я развязала плащ и, пристроив его на спинку стула, присела напротив.

Сирильда даже бровью не повела. И безо всяких церемоний спросила в лоб:

— Рассказывай, что с рукой?

Невольный смешок вырвался из губ. Еще перед выходом я обмотала ладонь бинтом, не до конца доверяя заклинанию эльфа. Или своим способностям? Пальцы сами собой потянулись к шершавой ткани.

— А от тебя ничего не утаишь, Сириль, да?

Подруга лишь усмехнулась в ответ.

— Я же целитель, и рука у тебя явно не повреждена.

— Иначе ты бы чувствовала.

— Именно.

— Принесла? — я попыталась увернуться от темы и даже достала из сумки кошелек, чтобы рассчитаться с девушкой.

Но Сириль не дала мне этого сделать. Вырвала кошелек из рук, захлопнула и отдала обратно, бросив хмурый взгляд на забинтованную руку.

— Оплатой будет правда, — изрекла после недолгого молчания.

Пока я думала, на столе появился заказ. Обхватив пальцами дымящуюся кружку, я поднесла ее ко рту и сделала глоток. Под все тем же настойчивым и хмурым взглядом, что продолжал следить за каждым движением. Горячая жидкость обволокла горло и унеслась вниз, оставляя после себя согревающий и расслабляющий эффект.

На столе осталось только блюдце с булочкой, завернутой таким непонятным образом, за что ее и прозвали заварнушкой. Кажется, съесть сейчас мне ее не дадут. Если, конечно, я не мечтаю подавиться нежным тестом и сладкой начинкой-сюрпризом.

— А, может… — вяло начала я, уже заранее зная ответ.

— Не может, Ирииль.

Плохой знак. Вообще не люблю, когда меня называют полным именем.