Академия Торлан. Перевоспитать эльфа

Как и остальные темные в этом зале, парень был взбудоражен, и новые ощущения дарили восторг.

Вторые пять минут эльф уже не был таким жизнерадостным. Парень глубоко дышал, пытаясь восстановить дыхание, поправлял заметно намокшую форму, которую нам не дали переодеть, видимо, не подумав, что занятие будет проходить так плодотворно. На третьей пятиминутке уши Арвемли опустились, и что-то мне подсказало — это тревожный знак.

Энтузиазм остальных тоже поубавился. Все просто пытались выжить под громкие возгласы магистра.

И сейчас, когда мы с успехом преодолели четвертый круг личного ада, темный выглядел изрядно помятым, что и побудило меня спросить о его состоянии.

Смерив меня ничего не выражающим взглядом, ответил:

— Нормально.

Я только кивнула. И как раз вовремя. Из стен снова полилась музыка, успевшая надоесть до чертиков.

— По местам!

Арвемли, тихо рыкнув, протянул мне руку, без всяких подсказок подхватил за талию и направил нас вдвоем на исходную. Другие адепты вялым шагом заняли свои позиции, и под ритм магистра мы снова двинулись по залу, повторяя классические схемы, которые успели выучить.

Эльф больше не смотрел на меня. Его взгляд был устремлен в какую-то точку за моей спиной, и вся его деятельность сосредоточилась где-то в голове. Я последовала примеру парня и уставилась… ему в грудь.

Плавные движения сменились механическими, и пары адептов превратились в марионеток, бесцельно передвигавшихся по залу, с трудом переставлявших ноги. Наверное, картина предстала страшная, потому как музыка стала тише, и до нас донесся голос ректора:

— Еще три круга, и на сегодня все.

— Но…, — попытался возразить сиар Леррой.

— Вы посмотрите, до чего довели наших студентов, магистр! — прервал возражения сиар Лестройд.

За что все кураторы Торлана и адепты Эриндора готовы были не то, что выразить благодарность, а отдать себя в рабство до конца обучения.

Когда оставалось два с половиной круга, эльф как-то странно дернулся и крепче сжал мою ладонь, привлекая внимание. Я сообразила не сразу.

Ему потребовалось повторить три раза прежде, чем я пришла в себя, оторвалась от изучения широкой груди и перевела взгляд выше. Тот молча указал на наши руки, еще раз повторив маневр.

В крохотном пространстве между ладонями, которое должно было быть темным, билось знакомое зелено-алое свечение, порывавшееся выбраться наружу.

— Сделай вид, что тебе плохо, — шепнул эльф, обхватывая мою ладонь крепче и заставляя сияние погаснуть.

— Что? — не сразу поняла я.