О чем молчат легенды-5. Закат проклятого ордена

Грозный страж светящейся дороги, который разорвёт в клочья любого врага, если тому удастся попасть к святому Граалю. Так я только что играла с легендарным Эвигом? И пёс-убийца бегал за веточкой, как щенок?!

– Разве вы выпускаете его гулять со своей дороги? – я повернулась к Злате.

Девушка при всех её странностях казалась более адекватной, чем вцепившийся в безобидного пса и сверлящий меня безумным взглядом Костя. Сейчас по-быстрому выясню у неё, где оказалась, и мы тихо-мирно разойдёмся в разные стороны.

– Конечно, нет, – с лёгким недоумением ответила Злата. – Он и сам никогда не пытался просто так сойти с дороги. Представляешь, что будет, если Эвиг выскочит посреди какого-нибудь города?

Я кивнула. Паника была бы обеспечена. Бродячий пёс размером с телёнка не может не привлечь внимания.

– Но он же здесь, – теряя терпение, напомнила я.

– А где он должен быть? – хмыкнул Костя и, наконец, выпустил Эвига.

Легендарный грозный пес лизнул ему руку и радостно прыгнул ко мне, чуть не сбив с ног.

– На вашей дороге! – раздражённо объяснила я, машинально отпихивая от себя дружелюбную собачью морду.

Кот застыл на месте с глупейшим выражением лица.

– Он и так на нашей дороге, – спокойно произнесла Злата, понимающе глядя на меня.

Я огляделась внимательнее. Нет, этого не может быть! Обычная деревушка, ничего особенного. И дорога, вымощенная коричневым кирпичом, совсем не светится. Неподалеку растут самые обычные яблони, дальше – целое поле подсолнухов.

Я вздохнула с облегчением. Да, это просто дурацкая шуточка. Но тут мой взгляд остановился на нескольких растущих рядом деревьях. Ветки одной яблони гнулись под весом больших аппетитных красных плодов, на другой яблочки были поменьше и только начинали краснеть, словно созревали, ещё две яблони стояли в цвету.

Но каким образом я могла оказаться в их мире, где-то между небом и землёй? Может, всё же ошибка?

Я уже понимала, что цепляюсь за хрупкую соломинку, которая вот-вот переломится пополам. Ошибки быть не могло.

– Здесь ничего не светится! – вырвалось у меня.

Прозвучало глупо. Конечно, камни не светятся.