О чем молчат легенды-5. Закат проклятого ордена

– Ребёнок… – попыталась сказать я. – Лили…

– Лежи спокойно, – хмуро бросил Анорм. – Не разговаривай, не трать ни на что силы.

– Ребёнок, – отчётливее проговорила я.

– Она с Лили, – лицо Короля помрачнело. – Думаешь, Лилиана доверила бы кому-то твою дочь?

– Она… посвятила? – с трудом выдавила я.

Тьма наваливалась, заставляла закрыть глаза. Я из последних сил удерживала сознание, ожидая ответа.

– Молчи и береги силы, – раздражённо сказал Анорм и снова сжал мою ладонь.

В темноте, в огне я отчётливо слышала стон Лили.

– Лили… Лили, ты слышишь меня? Лили!

Я открыла глаза в какой-то комнате. Я лежала на кровати, над головой был ровный белый потолок. Моя рука была прикована к какому-то сооружению, в вене торчал катетер, а рядом стояла капельница. По тонкой прозрачной трубке медленно стекали капли какого-то лекарства. На мне была длинная белая ночная рубашка из хлопка.

– Лили! – выпалила я, ещё плохо соображая. – Ей больно.

– Кто ей виноват? – раздражённо отозвался Анорм.

Он сел на край кровати и коснулся рукой моего лба. Рука показалась приятно прохладной.

– За что, Анорм? – я еле сдерживала слёзы. – Она сделала всё, как ты сказал. За что её мучают?

– Лили сделала всё, как всегда, по-своему, – в его голосе прозвучала жестокость. – И я ничем не могу ей помочь, это был её выбор. Остаётся надеяться, что Лилиана одумается и явится назад.

Я хотела спросить, куда она делась и откуда должна явиться, но темнота снова уволокла меня туда, где была боль.

– Где ты, Лили? Где мои дети?

– У Вильгельма, – отозвалась она слабо, еле слышно, как будто издалека. – Дети у Вильгельма.

– Где ты, Лили?

Я задавала этот вопрос раз за разом, приходила в себя и снова уплывала в темноту. Иногда рядом сидел Анорм и внимательно вглядывался в моё лицо, иногда я видела, как сквозь туман, женский силуэт неподалёку от себя.

– Ушла твоя Лили, – однажды отозвалась незнакомка.

В её голосе я услышала ненависть и ликование. Не знаю, кто со мной в комнате, но она терпеть не может Лили и теперь откровенно злорадствует.

– Случайно зашла? – выдохнула я, сразу вспомнив Эвига – огромного пса, стерегущего дорогу.

– Говорят, что специально. Хотела отдать Вильгельму твоего ребёнка и не смогла вернуться. Иногда и у судей не хватает сил.