Багровый закат над Западным морем

По цвету они невероятно походили на одно из платьев Дианы. Она осторожно провела рукой по гладкому стволу и почувствовала, как он резонирует и гудит от её прикосновения.

– А это хорошая мысль, – сказал Аруог, протягивая трезубец к одному из тонких, как верёвка, стеблей и резким движением срезая его.

Пока Аруог скручивал срезанный стебель Эигимаар, из его сердцевины вырывались мелкие пузырьки воздуха. Они игриво плыли наверх и терялись среди густых зарослей. Диана, с любопытством наблюдавшая за супругом, протянула руку и коснулась среза – её пальцы защекотало множество тонких волосков.

– Это нити, – пояснил Аруог, дёргая один из волосков в сторону и прорывая им покрывавшую стебель тонкую плёнку. – Чем старше водоросли, тем толще волокна. Это платьевое поле – здесь поросль срезают молодой, вынимают из неё нити и ткут из них полотна.

Диана взяла нить, которую он начал вынимать из стебля, и покрутила между пальцами – тонкая, нежная, гибкая. Из таких волокон с лёгкостью могла получиться ткань, похожая на шифон.

– Можно сделать привал здесь. Как думаешь, Ривэирр? – спросил Аруог, складывая в свою сумку моток, получившийся из одного стебля.

– Согласен. В городе днём лучше не появляться.

Они выбрали участок, где водоросли совсем недавно срезали, а новая поросль ещё толком не успела пробиться, и устроились на мягком, слегка илистом дне. Взмахнув трезубцем, Аруог сформировал над ними низкий защитный купол и лёг рядом с Дианой, притягивая её к себе, как он делал обычно, когда они ночевали в магиу.

– Мы пересечём покров после заката, – прошептал Аруог, зарываясь лицом в её волосы. – Так что у нас есть почти целый день на отдых.

– А что, если нас здесь заметят? Может, лучше дежурить по очереди?

– Сюда никто не приплывёт. Водоросли срезали буквально вчера. Спи, Рриану, и ничего не бойся.

Она вздохнула, окинула взглядом окружавшие их густые заросли и устало прикрыла глаза.

Ривэирр разбудил их на закате. Даже днём роща выглядела мрачной, а после захода солнца и вовсе вселяла страх. Светло-голубые стебли в темноте казались серыми. Они, словно тонкие щупальца подводного чудовища, колыхались в воде, цепляясь друг за друга.