Багровый закат над Западным морем

Акула, в которую он целился, тоже отлетела на несколько метров назад, обозлённо мотнула мордой и устремилась вверх, собираясь проплыть над ними.

– Так их не удержать. – Аруог снова ударил наглую проныру водой. – Надо самим поставить защитный купол.

Подозвав в помощь Диане седовласого, чем-то недовольного Оиилэ с водяным трезубцем в руке, Аруог поплыл вдоль границы, чтобы рассказать соплеменникам о новом плане действий.

Диана с грустью проводила супруга взглядом: даже если она теперь и относила себя к племени Улиан, всё равно ощущала неловкость, оставаясь один на один с соплеменниками.

Особенно не давали покоя воспоминания о её несостоявшейся казни и о спокойствии, с которым её подводные собратья наблюдали, как Маварэг заносит над ней трезубец.

– Слышал, это из-за тебя сняли защиту, – проскрипел недовольный помощник. – Маварэг прав, с тобой Улиан ждут только беды. Племени не нужна Лунная жена!

Его гнев был объясним. С момента погружения Диана не принесла Улиан ничего хорошего. Но его слова всё равно заставили её сердце биться быстрее и кровь закипать в венах – в ней всё чаще говорила Воля и всё реже здравый смысл.

Вот и теперь вместо того, чтобы молча снести оскорбление, она зарычала и, сжав сильнее трезубец, выпалила в ответ:

– Даже я, «жалкая Гаанэ», знаю, что такое смелость! Поэтому Океан и принял меня. А такие трусы, как ты, не имеют права называться потомками Лаан.

– Как ты смеешь!.. – он замахнулся на неё водяным трезубцем, но Диана без труда выбила оружие у него из рук.

Пятеро Оиилэ, охранявших западную границу, ринулись на помощь поверженному товарищу. Они окружили Диану и, наставив на неё оружие, с победным кличем одновременно выпустили в неё режущую волну. Диана слышала, что в роде Нэровага её появлению не сильно обрадовались, но не рассчитывала, что они с такой готовностью ухватятся за возможность на неё напасть.

– Остановитесь! – крикнул кто-то из наблюдавших. – Она же сильнее вас. Подумайте о цене!

Подумать они не успели, как в общем-то и Диана, ранее не участвовавшая в подводных сражениях.

Она зажмурилась, готовясь получить удар, и сильнее вцепилась в рукоятку своего трезубца. Будь у неё хоть немного опыта, она бы смогла отбиться, но вместо этого растерялась.

Волнение, страх и гнев смешались в ней в один кипучий всплеск эмоций, разошедшийся волной покалываний по всему телу. Омыв её с головы до пят, эта бесконтрольная дикая сила хлынула в трезубец и с оглушающим грохотом вырвалась наружу.