Конец теням

— Мадам Уимс, к сожалению, я не знаю этого человека, — лишь с некоторой высокомерностью и явным нежеланием говорить об этом ответила девушка, но Лариса не отставала:

— Могу лишь сказать тебе, милая, — со вздохом и той же улыбкой говорила Уимс, — что семья Линдвалов имеет портовый город, а также поместье размеров в 57 акров. У Джесси, хоть и строптивый и немного высокомерный характер, всё же есть средства на

дальнейшее существование.

— Как-будто меня это привлечёт, — Адамс начинало немного коробить.

— Знаешь, милая, лучше бы тебе ухватиться за эту возможность. Родителям приходится сейчас очень несладко.

— Родители смогут с этим справиться, — невозмутимо заявила Уэнсдей, — а я, пожалуй, воздержусь от брака.

Лариса лишь тяжело вздохнула:

— Когда-нибудь тебе всё равно придётся выбирать.

— К счастью, нет, — резко, но без агрессии, ответила Уэнсдей, — мне и одной замечательно.

Она вышла из комнаты, а Уимс потерла переносицу. Догорающий огонь в камине потихоньку обогревал комнату и освещал её остатками пламени.

Стоило бы подбросить брёвен, о чем Лариса немедленно попросила. На улице вечерний туман был настолько силён, что даже фонари не могли хоть немного осветить дороги и пространство. Можно было запросто потеряться, врезаться в кого-то или во что-то, не говоря уже о том, что можно было остаться без собственной шкуры в узком переулке, где было безлюдно, темно, холодно и сыро.

В комнату зашла Анна, принеся с собой дрова и закинув их в камин.

— Анна, — остановила служанку Лариса, когда та собиралась уходить, — как Уэнсдей себя ведёт? Замечала ли ты что-то странное за ней?

— Она… Мисс Аддамс шьёт кукол вуду и что-то пишет. Скорее всего, какой-то роман, — неуверенно произнесла Анна, а затем добавила. — Я иногда слышу какой-то стук из её комнаты, но он быстро стихает. Возможно, она часто ходит по комнате, — пожала плечами служанка. Мадам Уимс немного задумалась, отблагодарила Анну и послала её заниматься делами дальше.

Сама же Лариса взяла газету и начала ее читать. Главное — чтобы Энид не узнала правду.

<center>***</center>

Когда Энид пришла в дом мадам Уимс, то осторожно оглядела обстановку в доме: было тихо и безлюдно, на счастье девушки. Она положила газету за цветочный горшок и тут же улизнула за угол, чтобы никто не смог её поймать. Голубые глаза Энид сильно округлились от страха, а сердце едва ли не выпрыгивало из груди.