Сон в летнюю ночь

Его семена-колючки были безумно дороги, так как являлись основным компонентом лекарства долголетия. Он плохо прорастал в землях людей и к тому же нужны были и эльфийские маги-садовники, да и шип сразу определить невозможно. Он представлял собой небольшое семечко, в котором выскакивало острие, только при тесном соприкосновением с живой тканью. Он тут же выбрасывал длинный иглу, как бы защищаясь. Конечно, надо было более внимательно и тщательно проверить всех конюхов, особенно тех, кто занимается моей кобылой. Но невероятно, чтобы это было сделано конюхами, так как данные семена были крайне дороги.

Покупку могли себе позволить только очень богатые люди. Кроме всего, я попросила Кабора с завтрашнего дня помочь мне с фехтованием и арбалетом на учебном плацу. Тот обещал предоставить хорошего воина. А пока, нужно продолжить расследование, и обязательно держать меня в курсе всего. На чем мы и расстались.

Думаю, что тело само вспомнит уроки в выездке на лошади. Буду пока сваливать на частичную потерю памяти, и как обещал лекарь и ссылаться на его свидетельство.

Внешне же я осталась прежней и поэтому поверить будет не трудно, только мне придется поработать основательно.

Я прошла в читальню и просмотрела материалы по законодательству, что оставил мне для ознакомления маг. Практически законы ни чем не отличались от наших, кроме пожалуй, названий и моего судейства. Суд вершился на площади перед входом в центральные двери замка один раз в местных пять недель. Всего год делился на пятьдесят недель - двадцать пять весна и двадцать пять лето.

Итого я должна выступать в роли судьи десять раз в год.

Через семь дней и состоится мое первое выступление в этом качестве и я успею подготовиться решила и отложила пластины законов. Еще некоторое время изучала макет континента Плана и свои земли. Наметила ряд вопросов для каждого из своих главных служащих. Спустилась вниз и прошла в конюшню. Мне надо было еще раз пообщаться с главным конюхом и задать ему некоторые вопросы о моей лошадке и возможности уже завтра начать выездку, то есть мою учебу.

Это надо сделать в краткие сроки.

А вечером перед сном состоялся разговор с Сериной. Она тяжело пережила известие лекаря и пришла, по моей просьбе, с заплаканными глазами. Я приобняла ее за плечи.

- Дорогая моя! Ты же понимаешь, что я не виновата в этом. Сама, можно сказать, пострадала. Каково же мне было проснуться в чужом теле и в чужом мире! Но надо как-то жить дальше! Куда ушла та прежняя я не знаю.