Мой нелюбимый лорд

Кингсворд оперся ладонью одной руки о край кровати, а второй придержал меня, и теперь его вторая ладонь лежала у меня на спине.

- Что с вами, Роза? – спросил Кингсворд, понизив голос. – Вы так отшатнулись от меня... Неужели вас испугал мой шрам?

Его лицо в эту минуту и впрямь было очень близко. Слишком близко – я даже могла разглядеть, как расширились его зрачки, и глаза из темно-серых стали чуть ли не черными. Но шрам... Райан Кингсворд ошибался. Единственным, что мне действительно нравилось в его лице, был его шрам на правой щеке.

Потому что этот шрам отставил мой отец. Потому что этот шрам был символом платы – пусть и ничтожной, - за то, что совершил лорд Кингсворд.

Шрам, нанесенный рукой моего любимого отца – человека, которым я восхищалась, которого обожала, когда была ребенком.

Да я любила этот шрам!

И мне хватило глупости сказать об этом вслух.

- Мне нравится ваш шрам.

Ох, это было глупо. Потому что он не понял меня. Не мог понять, какой смысл я вкладывала в эти слова.

Лорд Кингсворд понял меня неправильно.

Его лицо странно дрогнуло, как будто он удивился, но в этот раз сильнее. Какое-то время он изучал мое лицо, потом на его губах дрогнула улыбка.

- Что ж, если тот факт, что я вам не нравлюсь, это единственное препятствие для вас, чтобы стать моей женой, то дело поправимо.

Рука, лежащая на моей спине, чуть подтолкнула меня вверх, и я судорожно втянула ноздрями воздух, когда лицо Райна Кингсворда оказалось лишь в пяди от моего лица – так близко, что я боялась выдохнуть.

- Я постараюсь понравился вам, Роза, - почти шепотом произнес Кингсворд.

– Вот увидите, не пройдет и дня, как вы станете называть меня по имени.

Это было невыносимо. Я чувствовала его дыхание на своей коже. Мои ноздри улавливали исходящий от него запах: одежды, тела, парфюма. Видела, даже не глядя на него, как его глаза скользят по моему лицу... Ох, боги, как вытерпеть близость этого человека?

Не выдержав, я зажмурилась. И тотчас почувствовала, как его рука отпустила меня. Распахнула глаза, услышав удаляющиеся шаги.

А когда повернулась, лорд Кингсворд был уже возле двери.

- Постойте! – вспомнила я; Кингсворд обернулся. – Вы не сказали, почему у меня нет выбора!

Кингсворд улыбнулся – очень сдержанно.

- Десять лет назад ваш отец подписал бумагу, которая гласит, что он отдает вас мне в жены по достижению вами поры взросления, мисс Торн. Эта бумага у меня.

Я чувствовала, как мои глаза раскрываются все шире и шире.

- Не волнуйтесь, - вежливо кивнул мне Райан Кингсворд.