Мой нелюбимый лорд

НЕЯСНОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ

Мне снился сон.

Я лежала в постели, а рядом стоял лорд Кингсворд. Его черты расплывались сквозь пелену сна, и мой взгляд выхватывал лишь фрагменты: закинутые назад темные волосы, плотно сжатые губы, глаза, глядящие пристально – казалось, он совсем не мигал, – белая рубашка, шелковый жилет цвета зеленого моха.

Он смотрел на меня очень долго, а потом подошел и, сев на стул рядом с кроватью, протянул ко мне руку. На миг я почувствовала, как моего лба коснулись теплые пальцы, и поняла – Райан Кингсворд убрал падающую мне на глаза прядь волос.

- Мне очень жаль, Роза, - произнес он, и мне действительно почудилось в его голосе сожаление, но при этом в нем звучала твердость. – Но я надеюсь, у тебя хватит сил, чтобы выдержать. Только ты можешь помочь мне достичь моей цели. Поэтому ты нужна мне.

Прикосновение его руки исчезло от моего лица, но тотчас я почувствовала, как мои пальцы чуть сжали – мягко, как будто осторожно, но при этом уверенно.

- Но тебе не нужно ни о чем беспокоиться.

Мой затуманенный взгляд мазнул по щеке лорда Кингсворда, остановился на шраме, оставленном моим отцом.

Позаботится?

Мои мысли охватила горячка. Или я проснулась с нею, а заметила только сейчас? Мне хотелось, глядя ему в глаза, спросить: «Вы собираетесь позаботиться обо мне так же, как позаботились о моем отце, лорд?»

А ведь все правда... Эбрахаму Торну уже давно ни о чем не нужно беспокоиться. У мертвых нет поводов для беспокойства.

Мне хотелось спросить, но... Мой голос, мои губы, мой язык – не подчинялись мне. Все мое тело меня не слушалось. Я хотела выдернуть руку из пальцев лорда, и во сне мне казалось, что я пытаюсь это сделать. Но моим телом владела слабость, а мужская рука сжимала мою кисть все сильнее и сильнее. И этот жест словно вторил последним словам, которые я услышала он Кингсворда в часовне: «Больше не пытайся сбежать от меня, Роза».

«Пустите... - хотела сказать я, но не смогла, лишь слабо продолжала вырывать зажатые в его ладони пальцы.

Дернувшись, наконец, изо всех сил, я глухо крикнула, задыхаясь, и... проснулась.

Тотчас почувствовав, как кто-то склонился надо мной, я отпрянула и громко ахнула:

- Не прикасайтесь!

В глазах, однако, потемнело, и мне пришлось замереть. Переждав приступ слабости, я перевела дыхание и попыталась привести в порядок зрение. Наконец в глазах прояснилось, и я увидела лицо.