Святослав и Лада

По тому, как мой друг взял кольчугу, было видно, что доспехи эти очень тяжёлые. Это меня очень удивило, а уж проверенного силача Любомира и подавно. Зато страж Белояр, видно, был не удивлён. Тут, наверное, вся деревня «Славная» уже привыкла к тому, что юная девица Будислава могла быть такой сильной.

— Как вас-то хоть зовут? — спросила Будислава.

— Я Святослав, а это Любомир. Здравия тебе, — ответил я за двоих.

— Здравия и вам. Ну что? Пойдём, Любомир? Проводишь меня? — спросила у Любомира Будислава.

— Да, конечно, пошли, — ответил Любомир, пытаясь делать вид, что ему не тяжело.

— Бойкая девица, у меня аж плечо заболело, — сказал Белояр, растирая то место на руке, куда ударила его Будислава.

— Да, она сильная, — сказал я, глядя в сторону Будиславы и Любомира, уже вспотевшего от тяжести своей ноши.

— Слушай, Белояр, а давно у вас этот Градибор живёт? — спросил я стража.

— Да уже лет пять как, — ответил Белояр, продолжая держаться за больное плечо.

— А что было до этого? — спросил я Белояра.

— В смысле? — не понял моего вопроса Белояр.

— Ну, как выглядела деревня, кто у вас был главный? — более развёрнуто спросил я.

— Главным был, конечно же, князь Богумир, он давно уже у нас князем, — ответил Белояр.

— А….как он стал князем? — продолжал я расспрашивать.

— Ну, дык это, избрали его старейшины, сказали - способный, умный, трудолюбивый, всегда о судьбе деревни беспокоится, — ответил Белояр.

— А с тех пор старейшины ни разу не передумали? — спросил я.

— Ну, был один дурень старый, его взяли и из старейшин выгнали. Его теперь никто в деревне не уважает, и мнение его не слушают, — ответил Белояр.

— Как-то это жестоко, — заметил я.

— Почему это жестоко? Жестоко это супротив князя идти и ведающего, — сказал Белояр.

— То есть, он повздорил с Градибором? — спросил я, догадавшись.

— Ага, вот же пень старый, с самим ведающим спорить! Ну, ты представляешь? Это как? Власти, видать, Переслав этот захотел, — ответил Белояр.

— Переслав- это старика так зовут? — спросил я.

— Да, не доволен он был тем, что мнение старейшин, этих старых хрычей, теперь не должно иметь прежнюю силу, не должно влиять на жизнь в деревне в целом. По его выходит, что ведающий, который с самими Богами может общаться, не прав, а какие-то деды, которые уже, может быть, свои имена забывают, должны решать, как нам жить? Бред полный, — сказал Белояр.