Святослав и Лада

— Нет уж, я хорошо воспитана, и должна показать в первый же день, какая я хозяйка, и необходимо оказать должное уважение родителям моего возлюбленного супруга, — решительно сказала Лада.

— Твоего кого? Повтори, — попросил я её.

— Моего возлюбленного супруга, — ответила она, поцеловав меня в губы.

— Моя ж ты синичка, — нежно назвал я Ладу.

— Пойду я в лес за колосьями, а точнее на наше с тобой поле, — сказала Лада.

— Я пойду с тобой, — предложил я.

— Нет, нет, я хочу сама потрудиться, тем более, сейчас утро, дорогу видно хорошо, не волнуйся, Святик, наберу колосьев, потом дойду до дома своих родителей, там приготовлю вкусный каравай и приду к тебе домой с ним, — предложила Лада.

— Ну, хорошо, только не задерживайся, — сказал я.

Моя любимая пошла в сторону леса, я же еще долго стоял и переваривал ту мысль, что я теперь женат. Всё случилось так быстро. Ещё недавно я жил совсем другой жизнью. Я думал, что женюсь гораздо позже, но получилось, как получилось. И, правда, Макошь постаралась.

Я пошёл гулять по деревне. Впервые, за долгое время, у нас тихо на селе. Это вполне объяснимо. Виновата моя свадьба. Многие спят дома. При этом успели уже убрать весь стол, всё, что не доели, отнесли птицам, пусть полакомятся.

— Здравия тебе, жених! — напугал меня сзади Любомир своим громким и резким голосом.

— Ух, здравия, Любомир! Любишь же ты появляться неожиданно! — ответил я ему.

— А то! Я же страж! Витязь, в конце концов! Должен я владеть хоть какой — то особенностью воина, — пошутил Любомир.

— Да уж, — произнёс я многозначительно.

— Слушай, Свят, ну как это проснуться женатым? — спросил вдруг Любомир.

— Знаешь, Любомир, это — как плавать в море, также интересно, но, также и надо уметь это делать, — ответил я.

— А чего тут уметь — то? — спросил Любомир, почесав свой затылок.

— Надо понимать, как плавать, и заранее знать, куда ты хочешь заплыть, — ответил я.

Любомир продолжал смотреть на меня непонимающим взглядом, но дальше, видимо, не собирался уже ничего спрашивать, не потому что не хотел, а потому что он пытался делать вид, что всё прекрасно понял. Это, конечно, было неправдой. Да и это было видно.