Святослав и Лада

Лада смеялась, много смеялась и много танцевала, будто пыталась воплотить все те танцевальные движения, которых не было, пока она находилась дома, занятая домашними хлопотами.

— Вот, видишь, у тебя уже хорошо получается! — похвалил я Ладу.

— А откуда ты знаешь?! — спросила она, смеясь.

— Что ты имеешь в виду?! — спросил я, не переставая танцевать.

— Ну, ты же сам танцевать не умеешь! — ответила Лада.

— Ну вот, уже научился, вместе с тобой! — сказал я.

Рядом наш страж Любомир пытался пригласить на танец одну из девиц.

Он подошёл к ней, слегка пританцовывая, заранее вложив свой именной кинжал в ножны на поясе.

— Здравия тебе, девица красавица, давай потанцуем, — предложил ей Любомир.

— Здравия, давай, — охотно она ему ответила.

— Как тебе мой кинжал? Видишь? Именной, — спросил улыбающийся Любомир, вынув кинжал так, чтобы была видна надпись.

— Ой! Только не порань меня! — слегка вздрогнула девица от резкого движения Любомирского кинжала.

Наблюдая эту картину со стороны, я и Лада стали ещё больше смеяться.

Затем мы взялись за руки и стали кружиться. Великое веселье творилось вокруг. Все радовались, пели, многие танцевали, играли музыканты на мелодичные флейтах, на гуслях. Русская душа пела. Все радовались за нас, разделяли наше счастье. Это было наше счастье, наше общее счастье. Гусляры продолжали напевать:

— Тихая дева полюбила юнца,

Громко танцуя без конца,

Скромность закрыта на засов,

Любовь воцарилась без оков.

Уже смеркалось. Во дворах деревни разожгли костры, дым от которых поднималась ввысь, в самый верх.

А на верху звёзды, бескрайние далёкие пути, неизведанные миры из далёких легенд. Мы с Ладой кружимся, глядя на ночное небо, и звёзды кружатся над нашими головами.

Ну, а раз уже ночь, то настало время нам с Ладой уединиться по обычаю в отдельном небольшом домике, состоящем из одной комнаты.

— Сын, пора, — подошёл ко мне Батя, указав на домик для первой брачной ночи.

— Лада, доченька.... — обратилась Буслава к моей возлюбленной, также намекая на то, что пора идти в тот домик.

— Ну что, пойдём? — спросил я у Лады.

— Пойдём, — ответила она.

Мы пошли, взявшись за руки. Лада вся аж раскраснелась от предвкушения нашей первой брачной ночи. Я тоже испытывал то чувство и, наверняка, в тот момент покраснел как зимняя вишня, если смотреть со стороны. Это было сродни ощущению стыда, но тут не за что стыдиться. Это обычай новобрачных на Руси. Однако моё сердце забилось в два раза быстрее, пока мы, не торопясь, шли к домику.