4. Нестоличная штучка

А возможно, и вовсе прибьёт, тогда твоё жалованье мы честно разделим между оставшимися членами команды.

Лоркан задохнулся от возмущения, но получать новые пинки от дроу не захотел.

– Ну, успокоился? Тогда заходи, поговорим.

Лоркан поморщился, но вошёл вслед за Рэйшеном и Элиной. Разговор начался не сразу. Эта парочка притащила целую кучу съестного. Кладовую они ограбили, что ли? Впрочем, от еды шёл такой аппетитный дух, что у Лоркана потекли слюнки. Эта наглая баба, Элина, сразу заметила, что он голоден и великодушно пригласила его присоединиться к трапезе.

– Брось, не жадничай! Мы и так набрали жратвы на четверых, нам столько не съесть!

– Говори за себя, – буркнул дроу, нагребая себе побольше мясных шариков с подливой.

– Ешь, Лоркан, это и будет началом твоей службы.

Лоркан разрывался между желанием нахватать побольше мяса и устроить этой бабе допрос с пристрастием. Здраво рассудив, что провести допрос Рэйшен не позволит, Лоркан последовал примеру своей нанимательницы и приступил к трапезе.

– Ну, Лоркан, если у тебя есть вопросы, задавай их сейчас, потому что потом ты будешь лишь выполнять приказы, мои и Рэйшена.

Лоркан задумался. Когда он мчался сюда, его переполнял гнев. Почему он должен подчиняться какой-то бабе? Как так получилось, что её не бросили в подземелья? Кто она вообще такая? Но, пожалуй, каждый из этих вопросов был неуместен.

– Тебе дали людей в подчинение? Я имею в виду, кроме меня?

– Да. Я сама их набрала, король лишь утвердил список. С ними ты познакомишься позже, когда мы закончим дело.

– Что за дело?

– Ты слышал, что произошло в замке?

– Ну, слышал, – неохотно проговорил Лоркан. – Прирезали мальчишку чашника. Подумаешь, дело! Небось из ревности или что-то в этом роде.

– Асеира тоже прирезали из ревности? – насмешливо спросила Элина. – Кто же у вас тут такой ревнивый?

Рэйшен фыркнул. Лоркан ещё ничего не слышал о гибели помощника виночерпия, поэтому воззрился на Элину с открытым ртом.

– Как… Асеира прирезали?

Элина вкратце рассказала, что произошло.

– Учти, Лоркан, трепать языком нельзя. Теперь даже своему любимому генералу Римардо ты не должен ничего говорить.