4. Нестоличная штучка

Эта женщина при всей своей смекалке была потрясающе наивной.

– Это тебе хватает, ты ведь одна, нет семьи, детей, которых надо пристроить, большого дома, который надо содержать, или крупного землевладения, которое тоже требует вливаний денег. Твой-то дом оплачивает казна. За это тебя, знаешь ли, многие недолюбливают.

– Да?! Хм, надо же, какие завистливые. А я-то думала, что они из-за Рэйшена меня не любят.

Арлан захихикал мелким смешком:

– Ах, милая дара, из-за него тоже. Женщины хотели бы его себе. Знаешь, наверное, легенду о том, что если провести ночь с дроу или кем-то ещё из долгоживущих, сама станешь моложе, здоровее и красивее…

– Так враньё же!

– Враньё, но в него хочется верить.

Настала очередь Элины посмеяться:

– Ну, я в эти сказки не верю! Я так понимаю, что женщины хотели бы отобрать у меня Рэйшена, а мужчины – дом и деньги, верно?

– Мужчинам ты и сама нравишься, да только рядом страшный дроу.

Элина даже рискнула спросить у дара Арлана, что же делать с Квирком и его свитой.

– Это как раз несложно, – отвечал казначей, – тебе понадобится помощь, и ты её получишь.

– И кто мне поможет, если все только завидуют друг другу, а меня так и вовсе хотели бы ограбить и пришибить?

– Не всё так страшно, как выглядит, милая дара. Есть человек, который очень хотел бы сделать что-то полезное…

Элина вся обратилась в слух.

– И ты, по-моему, с ним знакома, – с лёгкой улыбкой продолжил Арлан Колле, – это генерал Римардо.

На лице Элины отразилось разочарование.

– Не кривись, не кривись, – усмехнулся казначей, аккуратно складывая все записи в одну большую стопку, – да, Римардо оступился и сейчас готов на всё, чтобы обелить своё имя.

– На всё? – недоверчиво уточнила Элина. – Даже на то, чтобы работать со мной? После всего, что было?

– А что было?

– Всякое, – уклончиво ответила Элина, – в основном плохое и очень плохое.

– Римардо переступит через всё плохое, чтобы выйти из опалы, – убеждённо сказал Арлан. – А так как ты сейчас любимица Витерия, ничего он тебе не сделает.

– Пока я не перестану быть любимицей? – съязвила Элина. – И, кстати, чего это я его любимица?

Она машинально потёрла руку, с которой только начали сходить синяки.