4. Нестоличная штучка

Служанка ушла, ворча себе под нос, что не нанималась посыльной ко всяким пигалицам.

– Надо было ей мелкую монетку дать, – неуверенно проговорила Рицпа.

– Точно! – Полли расстроилась. – И как я не догадалась! Вот была бы дара Элина, она бы…

– Идём вниз вместе, узнаем, что хочет тот мальчик, – предложила бывшая баронесса, прервав поток Поллиных сожалений.

Мальчик, увидев Поллианну, причмокнул от восхищения:

– В точности такая красивая, как он описал!

– Ясного тебе неба, малыш, – строго произнесла Полли.

– А, ну да, – спохватился ребёнок. – Ты знакома с тёмным таким мужиком со светлыми волосами и фиолетовыми глазами? Здоровенный такой дроу-наёмник…

– Да, знакома, – нетерпеливо перебила его Полли. – Это наш друг Рэйшен. Где он?

– Он поручил мне передать, – пыжась от гордости, сообщил мальчишка, – он нашёл то, что искал. Сегодня его не ждите, он будет очень занят.

Рицпа и Полли обменялись торжествующими улыбками. Ну, вот и весточка от Рэйшена! Мальчик переминался с ноги на ногу, выжидательно поглядывая на обеих женщин.

– Ой, спасибо, добрая дара, – малыш вспомнил о вежливости, но ненадолго. – А ты, дара Поллианна, куда красивее той тётки, с которой… Ой!

Полли пребольно выкрутила ухо маленького нахала:

– Иди и передай дару Рэйшену, что мы очень рады и ждём их обоих, ясно?

Как только мальчишка высвободился из захвата, он показал Полли язык, развернулся на пятках и умчался в темноту.

– Будет теперь рассказывать, что ты красивая, но злая, – с лёгким неодобрением заметила Рицпа.

– И пусть себе! – беспечно отмахнулась Полли. – Главное, что дара Элина нашлась! И раз Рэйшен просил его не ждать, значит, всё налаживается!

– Ты думаешь, они нас не бросят? А то Ингерам…

– Что этот Ингерам понимает! Он сам готов на подлость, вот и судит всех по себе! А я уверена, что Рэйшен с дарой Элиной скоро появятся! И – вот увидишь! – сын твой тоже найдётся!

Рицпа благодарно пожала руку Поллианне и сказала:

– Идём, надо и служанке монетку дать.

* * *

Элина успела задремать, когда к ней в дверь робко поскреблись. Элина подпрыгнула как ужаленная, однако Рэйшен успокаивающе проговорил:

– Лежи, лежи, я разберусь.

Он выбрался из-под тощего одеяла с мягкой грацией хищника и запалил свечу на колченогом столике.