4. Нестоличная штучка

Элина аккуратно стала возле стены, чтобы не нервировать вооруженных мужиков. Оказалось, что именно здесь был слышен разговор короля и неизвестной дамы. Точнее, сейчас говорила только дама. Она обвиняла Витерия в бездушии и чёрствости. Фаворитка, что ли, скандалит? Но тут же было сказано о нелюбви к самой даме-скандалистке и детям.

– Нелюбовь! – Витерий почти кричал, и Элина поняла, что он сильно на взводе. – Милая моя, не надо сравнивать нелюбовь и измену! Не должен наследовать трон тот, кто замышляет отцеубийство! А ты говоришь – нелюбовь! Стража! Уведите адару в её новые покои!

Адара… Значит, это королева Аделисия явилась, чтобы оспорить королевское решение.

Дверь распахнулась, и оттуда выплыла дородная смуглая женщина. Её платье из роскошной дорогой ткани было расшито золотой нитью, а драгоценности… В Жадвиле Элина интересовалась камнями, да и гномы многое ей по-приятельски рассказывали. В общем, украшения были по-настоящему королевскими!

Рядом с Аделисией высились очередные два стражника с непроницаемыми лицами.

Элина оторвалась от стены, возле которой подслушивала, и встретилась взглядом с королевой. Взгляд, как и драгоценности, был королевским. Исполненным надменности и презрения.

Королева сразу догадалась, кто именно стоит перед ней, и в этом взгляде сверкнули гнев и ненависть. Элина даже порадовалась, что вокруг столько стражи. Аделисия сделала шаг вперёд.

– Это ты! – гневно проговорила королева. – Ты, безродная нищенка, наговорила адару что-то несусветное, оклеветала моего сына!

– Я ни на кого не клеветала, – твёрдо ответила Элина, пропустив оскорбления мимо ушей, – твой сын выдал сам себя, просто проговорился.

Этому есть свидетели.

– Кто? Ты? Да на тебе клейма негде ставить! Женщина, которая ложится с этим грязным дроу, недостойна, чтобы свидетельствовать против принца крови!

Элина, конечно, сердилась на Рэйшена, но чтобы его оскорбляла какая-то стареющая профурсетка!

– А вот лучше надо было своего сына воспитывать! – Элинины глаза тоже горели от едва сдерживаемого негодования.

– Поменьше думать о том, с кем ложится какая-то безродная нищенка, а побольше – о том, под чьим влиянием находится твой сын, будущий король! Под влиянием каких-то негодяев, врагов страны!

– Да как ты смеешь! – холёное лицо королевы исказилось от злобы. – Мой брат не враг страны и его влияние только благотворно сказывалось на принце! Он учил принца всему…

– Всему, чему не надо, – грубо перебила Элина царственную особу.