Секреты Альмандры. Браслет Мироздания.

«Сейчас он выглядит менее могучим и зловещим, чем во время столкновения с Лиором. Наверное, потому что я узнала его получше. У него определённо была причина предать свой народ и подчиниться Ведьме, но в чём она заключалась? Она должна быть достаточно веской, чтобы сравнятся с ущербом, нанесённым этому миру его руками».

— Тебе не место в Ийсе, — Двэйн обратился к Анне. — Лучше разворачивайся.

— Почему это? — возмутилась та. Проделав такой путь, любой откажется подчиняться столь настырному указанию.

— Ты познаешь сильнейший вкус разочарования, — холодно продолжал предатель, — и это разочарование тебя погубит.

Анна прищурилась.

«Он тоже знает то, что мне не дано. Русалка сказала почти то же самое. Все всегда всё скрывают и это раздражает».

— Убеди меня. Поведай, что вспомнил.

Тот удивился её проницательности, но промолчал, ведь сказал всё, что мог.

— Понятно. Вокруг одни трусы и мямли, — ляпнув это, девушка окончательно набралась смелости. — Не в счёт тебя, Люцин. Ты кажешься мне славным.

Девушка ждала улыбки в ответ, но Лорд сохранил свою невозмутимость.

— В Ийсу я не сунусь, но покажу дорогу. Ты умеешь сражаться?

— В последний раз я «сражалась» тогда, когда меня пытались обокрасть. Я ударила мужика сумочкой и отстояла свои деньги! Дуралей не знал, что в моей сумочке четыре тома «Войны и мира», ха-ха, — впервые за всё это время Анна громко засмеялась, только вот никто не понял всю комичность произошедшего.

Закатив глаза, она буркнула: «Вот скучные.

Веселье испарилось, его место заняла тоска по дому. Анна невольно вспомнила все прелести своего очага и вишнёвые пончики тётушки Лары.

«Мягкие, с кремом и вишенкой на кончике! А мамины объятья не заменят ни костры, ни печи. Теплее и приятнее всего забываться в них и не боятся, что они вот-вот прервутся».

— Так ты умеешь сражаться? — вмешался Люцин в ностальгию девушки.

— Куда мне… ты видел мои кисти? Размером с сухую веточку.

— Я научу тебя по дороге.

Оцепенев, Анна сглотнула.

— Но… не слишком ли это милосердно?

— Я сочту это достойной платой, если Лора снова откроет глаза.

Анна:

Я и мечтать не могла об учителе и не могла подумать, что это будет вражеский отшельник, чью силу чую даже я — бесталанная простачка. Его намерения серьёзны, наверное, мне стоит беспокоиться. Я ведь и рогатки не держала в руках, не говоря уж о мече. Люцин выглядел достаточно внушающим противником, поэтому мне придётся несладко.