Секреты Альмандры. Браслет Мироздания.

Её отчаянные действия казались безумными. Люцин догнал её и слез с коня.

— Что ты делаешь? Зачем ты… — он увидел долца и замолк. Его копыто почернело, а сам Брио уже впал в сон.

— Я не чувствую в нём жизнь. Оставь его, Анна.

— Нет! Он тогда выжил!.. Увёл от нас разведчиков. Помоги мне, Люцин! Он должен жить!

Но тот лишь бессильно стоял.

— Как? Я умею только фехтовать и разрушать.

Девушка перестала дёргать Брио.

— Пещера эльфов. Ты что-нибудь знаешь о ней?

— Ты про… элнарилский народ?

— Понятия не имею! Я же не местная.

— Допустим, но это очень отчуждённая страна. Туда так просто не попасть.

— Попытаться стоит. Уверена, там есть врачи или… какой-то священный источник, ручей!

Люцин знал, что эта затея обернётся крахом. Даже он не осмеливался тревожить эльфов, а эта простачка собирается просить у них помощи. Глядя на то, как отчаянно она рыла холм голыми руками, чтобы достать оттуда почти умершего друга, юноша решил не обесценивать усилия своей ученицы и ответил:

— Хорошо. Мы можем попробовать, но предупреждаю, что они могут нам отказать.

— Это лучше, чем ничего, — подавленно ответила девушка.

Юноша подошёл и помог ей поместить Брио на лошадь. Анна сняла с себя плащ и накрыла его, ласково убрав волосы с мёртвенно-бледного лица.

— Потерпи немного, мы найдём выход. Лес хотел, чтобы ты жил, поэтому привёл меня сюда.

Люцин удивлённо её дослушал и улыбнулся.

— Держи его крепко, если упадёт, проблем только прибавится.

Анна прижала Брио к себе. Голова упала на грудь и утонула в кашта

новых волосах.

— Вперёд — к эльфам!

Глава 32. «Встреча»

— Так жарко! Просто невозможно! — не сдерживалась Анна. — Долго нам ещё? Мы скачем уже целый день.

— Ещё немного. Видишь те горы?

— Они далеко! Почти за горизонтом.

— Мы хотя бы их видим. Значит, скоро прибудем, — его спокойный голос раздражал Анну, но в то же время глубоко восхищал.

Этот человек пережил столько трудностей, не поддался власти Ведьмы, не смирился со смертью любимой и вернул её к жизни, и даже сумел вернуть себе прежнюю ясность ума, свою внешность.

— Неужели мысленно меня превозносишь?

Та покраснела.

— Нет!

— Я знаю, что да. Твой взгляд полон восхищения.