Одержимость Темного лорда, или Полнейший замуж!

Оставалось лишь идти за ней и надеяться, что она приведет куда надо, а не в какую-нибудь пыточную лорда Даркрэйна.

Приглядевшись к девушке, я увидела, что она очень похожа на меня. Но на голове крошки красовались рожки! Ах ты гад гадский, даркдар! И тут не преминул подколоть, ну надо же! Ничего, делаем себе зарубочку и идем вперед, тут столько шагать, что как раз хватит времени придумать шикарную мстю! Меня никто безнаказанно троллить не будет, это уж точно!

О том, что кухня приближается, я догадалась, когда нос начали дразнить такие ароматы, что пришлось ускориться, чтобы не захлебнуться в слюне.

Дверь с ручкой в виде оленьих рогов недовольно заскрипела, но все же пропустила меня в сердце замка. Ого, и это вы называете кухней? Да тут балы устраивать можно! Я замерла, потрясенно оглядываясь по сторонам.

Воздушность просторного помещения не портили даже массивные стропила потолка, с которых свисали на железных шнурах кристаллы освещения. Мягкий желтоватый свет лился с них на дровяные печи, ящики и шкафы, а также столы с лавками и полки, битком набитые сервизами.

А утвари всякой разной столько, что точно хватит, если хозяин вздумает закатить пир горой персон этак на тысячу. Тут имелось все, от огромного котла, до блеска начищенного, до изящных серебряных десертных ложечек и прочих милых женскому сердечку мелочей.

Но хозяин замка, как мы недавно выяснили, нелюдим. Так что пир отменяется. Даркдару, похоже, милее перспектива коротать вечера в одиночестве.

Я перевела взгляд на пылающее сердце огня в очаге, сложенном из таких огромных камней, что мне не сразу удалось разглядеть Даркрэйна, который, сидя на корточках, жарил мясо.

Увлеченный процессом, он смотрел на сковородку, высунув от усердия кончик языка. Тени от пламени танцевали на его лице, создавая причудливый узор. Это тоже было «вкусно», настолько, что я даже забыла про сосущее в желудке чувство голода.

- Вижу, ты разобралась с заклинанием поиска, - не глядя на меня, сказал жених.

- Да, - покраснев, будто меня поймали за чем-то постыдным, ответила ему. – И рожки у той девицы разглядела!

Вредный даркдар промолчал, ухмыльнувшись.

- А там, на двери, тоже рога, - не отступала я, - не твои, случайно? Отпилил с затылка и, чтобы добро не пропадало, приделал как ручку?

- Такая говорливая человечка, - он встал, взяв сковородку, и пошел на меня.

Я отступала до тех пор, пока попа не уперлась в стол. Кажется, дошутилась.