Второй шанс для попаданки

— И как мне поладить с сокурсниками?

— Завтра я отвезу тебя в одно место, где приведут в порядок твои волосы, ногти и расскажут о моде Магона, потом я свожу тебя в пафосный ресторан на обед, чтобы ты узрела элиту, ну и попутно буду отвечать на остальные вопросы. Сколько денег у тебя осталось?

Я проверила браслет.

— Полторы тонны и ещё какая-то мелочь.

В местной валюте я до сих пор разбиралась плохо.

— Покажи. — Я протянула руку, и эльф принялся объяснять. — Вот смотри: это тонны, это килограммы, это граммы.

— Я всё равно уже ничего не понимаю, давай завтра разберёмся с деньгами, — взмолилась я.

— Действительно, пойдём спать, завтра встанем пораньше.

За разговорами мы и поужинали, и вино допили. Мефодий тихонечко убрал со стола и в разговоры не лез. Хороший домовой, может, мне его с собой забрать? Завтра поговорю. Всё завтра.

Сегодня уже голова пухла от потока информации, я даже думала, что не усну, но вырубилась, как только коснулась подушки, и проспала до самого утра без сновидений.

Глава 6

Пробуждение моё было лёгким и ранним. Воистину, утро вечера мудренее. Проблемы, вчера казавшиеся ужасными, сегодня не вызывали никаких депрессивных мыслей. Птички за окном щебетали, пейзаж радовал, а вода в душе наполняла энергией и жаждой свершений. В кухню я впорхнула, лучась позитивом.

— Хозяйка? — Мефодий при виде меня впал в состояние, близкое к ужасу.

— Некогда, Мифуша, плюшками баловаться, труба зовёт! Кофе у нас есть?

Спустя минуту передо мной оказалась чашечка ароматного эспрессо. За первым глотком домовой наблюдал не дыша.

— Великолепно! Ты талант, — успокоила я бариста, и он расцвёл от счастья, но быстро принял виноватый вид.

Надо сказать, что моська домового меняла эмоции как по щелчку пальцев преподавателя у учеников в драмкружке.

— Прошлая хозяйка вставала после полудня, прости меня, Стефа, я плохой домовой.

Хрустальная слеза стекла по щеке Мефодия. Он точно оканчивал курсы актёрского мастерства, или это особенности происхождения? Не знаю, однако мой внутренний Станиславский кричал: «Верю!»

Пришлось подхватить бедолагу на руки, стереть слёзки, пригладить лохмушки и чмокнуть в макушку: такой он был умильный, что хотелось тискать.