Драконья ночь

Такого странного нижнего белья я даже на столичном рынке Галадона не видела.

— Трусы, трусы, — раздраженно ответила девушка. — Надевай, давай, мужики любят, когда филей наружу торчит, — рассмеялась. — Ты откуда свалилась?

Я сглотнула ком в горле и принялась изучать вещь. Долго догадывалась, с какой стороны перед, пока Равана не развернула трусы нужным местом. Где это видано, чтобы спереди было больше ткани, чем сзади?!

Попыхтела, но натянула кружева на зад. Что есть, что нет. Срам да и только!

— Скинь плащ, будем примерять платье, — я отстегнула воротничок и черная ткань окутала спинку стула.

Поднялась и выровнялась по струночке.

Пока драккарка колдовала над моим образом, затягивая на спине тесемки платья с открытым верхом, я вновь увлеклась изучением прочной цепи. А когда Равана стянула мою талию так, что дышать стало трудно, обреченно уставилась в пол.

— В горах холодно. Окоченеешь, — коснулась она моего оголенного плеча, и я дернулась, будто меня обожгли кочергой. И тут же ощутила мягкость меховой накидки.

Взглянула на широкие рукава в три четверти и ухмыльнулась. Не думаю, что этот кусочек шубки, едва достающий до пояса, сможет меня обогреть, но Раване виднее. Она защелкнула брошку накидки на моей шее и закопошилась в моих волосах. Приколола к ним тяжелую заколку, а мочки ушей отдавила клипсами. — Идеально! — дала наивысшую оценку своей работе и подвела меня к зеркалу.

Я рот открыла, когда впервые увидела себя так четко в полный рост.

— Вот теперь ты невеста, достойная богатого охотника!

— Потрясающе, — вырвалось само собой.

Я такой красоты никогда не видела, разве что нечто похожее рисовали в картинках по истории мира, изображая древних представителей королевской семьи.

В белых волосах, волнами спадающих на плечи, сияла ажурная заколка в виде продолговатого соцветия. В ушах в преломлении света горели круглые камни, а в цвет клипс переливалась брошь на горловине шубки. Юбка струилась по ногам и приятно ласкала кожу, но дольше всего я разглядывала собственное лицо, особенно глаза.

У них был красивый нежно-голубой цвет и живой блеск.

— И последний штрих! — поставила она передо мной пару белых меховых сапожек на низкой подошве. — В них побежишь, как ветер! Проверено!

Я обулась и ощутила приятное тепло в ногах. Они и правда прекрасно грели продрогшие стопы. В других обстоятельствах я бы поблагодарила девушку за этот прекрасный образ, но вовсе не для меня она старалась. Опустив взгляд, я вернулась на стул, а Равана села на табурет напротив.