Моя (чужая) невеста

– Но всё же мы пока не знаем, что он за человек. И почему король выбрал для меня именно его.

- А ты выбрала бы другого? – спросил он, и Мелисса, чтобы избежать ответа, уткнулась лицом в плечо Арнульва. Как же в его объятиях хорошо и уютно! Казалось, она готова весь день вот так простоять, ощущая, как ласково его пальцы перебирают её волосы, а ладонь медленно поглаживает по спине.

Глава 13

Слуги семейства Тидхелм, оставшиеся верными хозяевам после всего произошедшего, собрались на кухне, где готовился обед для гостя.

- Вы его уже видели? - полюбопытствовала немолодая, но не утратившая интереса к жизни за пределами кухни кухарка Ильда, щедро посыпая жаркое душистыми травами.

- Я видела, я! – звонко воскликнула горничная Кэйри, радуясь, что в кои-то веки оказалась в центре внимания. – Он просто красавец! И по-нашенски говорит хорошо, даром, что не местный!

- Ты и его голос его слышала? – тут же насели на неё остальные.

- А как же? Очень приятный, говорит, точно бархатом гладит! Повезло же младшей госпоже, что выйдет за него замуж!

- Только жаль, что свадьба будет не здесь, - вздохнула Ильда.

- Так уж сложилось, - кивнула в ответ Кэйри. – Сбегаю проверю, может, у него цветы в комнате завяли. Поменять бы надо.

- Цветы завяли, как же, - фыркнула ей вслед другая горничная – Ленни. – Знаю я её! Хочет хвостом перед ним повертеть.

- А завидовать плохо, - глубокомысленно произнесла Ильда, помешивая суп. – Поди лучше салфетки на столе разложи. Да покрасивше, чтоб леди Тидхелм не ругалась!

Пока надутая Ленни раскладывала в столовой тоненькие и узорчатые, как паутинка, салфетки, расположение которых угодило бы хозяйке, Кэйри поднялась в комнату гостя. Сердце стучало так, словно в груди били в барабаны. По правде говоря, молодая горничная уже не являлась невинной девушкой и считала, что разбирается в мужчинах, но настолько привлекательных ей прежде не попадалось.

Постучав для порядка и не получив ответа, Кэйри вошла. Цветы, которые она лично получила от садовника, благоухая, стояли в вазе и не думали вянуть. Одежда будущего зятя хозяев лежала на кровати, а его самого не оказалось.