Ласточка обретает крылья

- Вы догадывались?

- Орест всегда нас поражал нечеловеческой силой и стойкостью, но мы считали, что это – результат усиленных тренировок, но больше поводов как-то усомниться в себе не давал… Про семью тоже почти не рассказывал – и теперь понятно, почему: и сами наверняка знаете, что значит для волгарского общества быть отцеубийцей…

- Я выросла в приюте и родителей не знала, но могу себе представить.

Стойчев тяжело вздохнул:

- Меня вообще в Вашем рассказе потрясает все, вплоть до провала в Мир Снов… Такое попросту нельзя придумать.

- Вы наслышаны о нем?

- Да конечно – кровир, который решил, что законы не для него писаны! Его же не просто так прозвали «любителем женской кожи»: не буду говорить, с каких мест женского тела он срывает эту самую кожу, дабы Вам не стало плохо, но на его счету уже с три десятка несчастных девушек – и это по слухам! Если выяснится, что дружинники его покрывают с неясными целями, то тогда я не удивляюсь, почему Орест сбежал из войска – с такими личностями ни один уважающий себя воин сотрудничать не будет! А если их еще и приличное количество окажется, то…

- А эти личности могли участвовать в осаде Золотого храма?

Стойчев стал лицом лишь темнее:

- Меня как раз незадолго до этого перевели в Северо-западную армию, хотя и ее, и Южную, и все остальные сейчас направляют на, скажем прямо, сомнительные задания, а наше дело, сами понимаете, какое – не подчинишься приказу, можешь умереть на месте… Я не знаю всех подробностей той осады, но догадываюсь, что это наверняка стало последней каплей, после которой Орест решил бежать – он прислал мне письмо, в котором скрыто, конечно, но возмущался… А до этого нас отправили в одну из горных деревень якобы успокоить бунтующий народ – только чудом не развязали бойню: опять же, спасибо Оресту… Но я высказал все, что думаю, и об этом узнали в штабе – слава Богу, вмешалась сестра, правда, от нее мне крайне серьезно досталось.

- Сестра? – удивилась Мария. – Ваша сестра в военном штабе?

- Нет, но Вы ее точно знаете, - почему-то улыбнулся Адриян. – О́рфия Ру́сева…

- Министр культуры Волгарии?!? – не поверила своим ушам Дубарова: Орфия Русева была не просто властительницей творческих дум Волгарии, но и просто крайне влиятельным человеком в стране.