Трехликая. Битва первородных

Ковалль заключил меня в объятия снова, поцеловал в щеку, в шею, в волосы. И замолчал, тяжело вдыхая. Он переживал, и я это понимала. Вспоминал, как потерял любимую женщину, чувствами возвращался к старой трагедии.

Наверное, я поступала неразумно. Вполне возможно, что еще пожалею. Но я женщина, а женщинам это свойственно — бросаться на амбразуру ради любимых. Не могла опять потерять Ковалля. Страшилась угрозы жизни первородного. Я не хотела терять обретенное и почему-то интуитивно ощущала, что решение приняла более чем правильное.

Не чувствовала ни малейшей ложной всесильности, не считала себя супергероиней. Не думала, что смогу все преодолеть, любому «навалять по самое не хочу», как говаривали всякие Мэри Сью из плохих книжек. Но ведь сражались же химеры Нины? Разгромили противника и вернулись на Землю. Ни одна из них тогда не погибла! Я трехликая — самая мощная химера. Способная видеть любые заклятья: простейшие, сложные, живые и мертвые, раненые и даже очень далекие. Я умею управлять сложной магией, внушать аурным животным разные эмоции, сбивать их с толку и лишать воли.

Если рассуждать без лишних, ненужных эмоций и руководствоваться исключительно логикой, я должна сражаться лучше химер Нины. Они ведь тоже не обучались военному делу. Тренировались лишь зачистке от магии. Впервые выступили боевыми оборотнями и смели противника подчистую. Остается надеяться, я такая же. Теоретически так и должно быть.

Надеюсь, помогут мои замечательные спутники. Ковалль и Мей подучат сражаться. Учителя из них весьма неплохие.

Лайгиллар и его агенты-оборотни молчаливо ждали нашего решения. Не вмешивались и не высказывали мнения. Но когда пауза здорово затянулась — Ковалль молчал, буравя пытливым взглядом, Мей нерешительно переминался с ноги на ногу и, похоже, нервничал все сильнее, — правительственные агенты сочли возможным вмешаться.

— Не хочу прерывать ваши выяснения отношений, но нам бы пора уже выдвигаться.

Ковалль словно только что очнулся от сна. Изобразил театральную улыбку, почти гримасу боли и радости одновременно. Кажется, именно это он сейчас и испытывал: радовался моему участию и беспокоился. Ладно, привыкнет. Химеры — сильные, самостоятельные и очень упрямые. Судя по тому, что писалось про них в сети, эти женщины не подчиняются мужской воле.