Диета профессора Фонклон

На кафедре хватало людей и вечером, и она надеялась пролить свет на события еще до ночи.

В трапезной не предлагали ничего необычного: только мясо, запеченные картофель, капусту и морковь, неясного происхождения похлебку, кексы и сдобу. Тина взяла жаркое с овощами и горчицей, придающий бодрости травяной отвар и мужественно отказалась от пышной булочки. Любила их до дрожи в коленках, но в словах адепта Лодвина о легкости всадника было рациональное зерно, и Тина решила попробовать воспользоваться его советом.

Поесть спокойно не удалось. Еще не успела взяться за вилку, когда около ее столика возник королевский куратор. Не дожидаясь приглашения, Кирриарт Кантир уселся напротив и состряпал ехидную улыбку. Тина пожалела, что не взяла похлебку: с какой бы радостью приложила этого самодовольного нахала ложкой по лбу!

Глава пятая. У алтарного камня

– Я искал вас на драконюшнях, госпожа Фонклон, – довольно затянул чародей. Вздохнул и облокотился на стол, – но мне сказали, что вы отправились ужинать… А между тем, у меня отличные новости.

– Действительно отличные! – согласилась Тина. Не ожидала от мужчины такой прыти и все еще опасалась подвоха. – Раз готовы, надо идти.

– Вы знаете, где он находится? Или встретимся в академии?

– Лучше в храме, – Тина подцепила на вилку кусок запеченной моркови и поднесла ее ко рту. Хотелось выглядеть легкомысленной и беззаботной.

Кирриарт кивнул:

– Должен предупредить вот о чем… Мне нужно остаться в академии еще на три-четыре дня. Планирую пожить немного в вашем доме. Или, если хотите, можете переехать ко мне на постоялый двор.

Вилка с морковью застыла в воздухе.

– У меня слишком просто для вас… – нахмурилась Тина.

– Не люблю использовать магический туннель по пустякам. А у вас вряд ли хуже, чем там, где живу сейчас я. Так что готовьтесь принять жениха завтра вечером.

Профессор покачала головой.

– Может, тогда отложим бракосочетание на несколько дней?

– Вот уж не думал, что вас во мне привлекает в первую очередь шумная столичная жизнь, – усмехнулся Кирриарт, и Тина почувствовала, что краснеет. Нет, ее вполне устраивала приграничная тишина, но приглашать господина Кантира к себе было просто стыдно.