Невеста Красного короля

— Молчишь?

Рука генерала опустилась на мое плечо, и я невольно вздрогнула. Послышался смешок.

— Ты вся дрожишь, хотя и делаешь вид, что безразлична, как камень, — голос Оливера стал проникновенным и елейным. — Я бы и поверил тебе, если бы не знал, насколько страстной ты бываешь. — Рука мужчины перешла с плеча на мою шею. — Особенно в танце.

До меня, кажется, стало доходить, почему он вел себя так странно. Мужчина не просто так захотел допросить меня самостоятельно. Да дознание наш разговор не напоминал.

Низ живота кольнуло, когда я догадалась, что именно сейчас происходит.

— Знаешь, сколько раз я наблюдал за тобой в «Пионах»?

Оливер переместился, его ладонь провела по моей шее, а мне показалось, что это сползает змея. Мужчина остановился сбоку и оперся одной рукой о спинку стула. Генерал навис надо мной и вглядывался в мои глаза, ожидая реакции. Хотя, думаю, он и так знал, что я боюсь его.

— Раз семь, наверное, приходил, — произнес военачальник и судя по звуку облизал губы. — Не мог оторваться от такого зрелища.

По коже снова пробежал мороз, и мои плечи ощутимо передернуло.

— А потом ты перестала выступать, — с придыханием продолжил он. — Я был очень расстроен и сильно скучал по тебе. Даже пытался найти. Но, к сожалению, Рози не поддавалась на уговоры. И твой след был потерян.

Я сжала челюсти, всей кожей ощущая опасное напряжение, идущее от мужчины. Страшно было даже поднять глаза.

— Повезло, что я нашел тебя. Хотя это было неожиданно.

Мужчина задумчиво вздохнул.

— Сестра Анники. Танцовщица в «Пионах». Мятежница… Шартэльская ведьма.

Внезапно Оливер схватил меня за подбородок, заставил поднять голову и взглянуть в глаза.

— Ты настоящая коробка с сюрпризами.

В его взгляде было столько похоти и желания, что меня как будто опустили в чан с кипятком. И когда мужчина наклонился с явным намерением поцеловать, я вырвалась, но из-за этого стул опасно качнулся. Генерал не дал ему упасть.

— Пытаешься ускользнуть от меня? — со смешком спросил Оливер.

Все тело сковал ужас, но я продолжала упорно делать вид, что не боюсь. Гордость пока, пожалуй, единственное, что у меня осталось.

— Хочешь поиграть с мышкой, садист? — вдруг вырвалось у меня. Я не собиралась злить его, но и молчать уже не получалось. Кто знает, вдруг получится потянуть время, вовлекая мучителя в болтовню.