Клира и Шад

Мама много рассказывала мне об этих девах, все моё детство. Я понимала, что сейчас из этого замка уведут одну из девочек, которой исполнилось семь лет. Но я и подумать тогда не могла, что это могу быть я. Не знала, радоваться ли этой девочке, что станет Клирой, или нет. Ведь её заберут из семьи, но она станет уважаемой, почитаемой. А также, обретёт долгие годы жизни.

От наблюдений меня отвлекли родители, что появились в моей комнате. В глазах отца я видела радость. Он поздравлял меня. Обнимал и кружил. Желал оставаться такой же прекрасной.

А в глазах матери был страх. Но почему? Я не знала ответа. Пока не знала. Но она все же постаралась скрыть этот страх и присоединилась к королю.

Их подарком для меня стал очень дорогой кулон. Камень, что его украшал, светился очень ярко. Застегнув кулон на моей шее, мама шепнула:

— Это не простой кулон, дорогая. Он будет защищать тебя, когда не сможем мы.

Я хотела уже спросить, что значат её слова, но не успела. Дверь открылась и на пороге появилась дева в белом.

Она поклонилась королю и королеве. После чего повернулась в мою сторону. Я не видела её лица, скрытого за капюшоном, но за то чувствовала её энергию, такую чистую...

Подсознательно я понимала, почему она здесь. Но все равно прижалась к маме, дрожащим голосом спросила:

— Мама, мамочка... Почему она пришла к нам? Кого она хочет забрать с собой, мам?

Она молчала. Лишь крепко, очень крепко, обнимала меня. Потом я поняла, что это было прощание.

Тем временем Клира заговорила:

— Моё имя Алисия.

Объяснять, для чего я здесь, так понимаю, не стоит. Дам вам время проститься.

После чего она вышла за дверь. Ко мне подошёл отец. Взяв мою маленькую ручку в свою, большую и мозолистую, заговорил:

— Гвиана, мы не можем повлиять на исход. Такова твоя судьба. Прими же её.

Я бы подумала, что отцу все равно, что меня заберут. Что уведут навсегда, но его выдавал дрожащий, прерывистый голос.

Мама же не скрывала эмоций. По её щеке скатилась слеза, за ней другая. Она шептала:

— Это несправедливо.

Единственная дочь...

Подняла взгляд на меня и сказала:

— Не снимай кулон, родная. Никогда не снимай. Он убережёт тебя, когда мы будем не в силах.

Прощай, моя дорогая Гвиана.

По её щекам ещё пуще прежнего потекли слёзы. Она крепко держала меня за руку, не отпускала. Но король разнял наши руки и повёл меня за дверь. Конечно же я вырывалась, хотя и понимала, что уже ничего не могу сделать. Мама осталась сидеть на кровати, опустив голову вниз.