Не пугай лису костями

Наверное, что-то в этом есть, потому что сквозь густой травяной аромат, которым одежда Летти пропиталась в лаборатории, пробивались цветочные нотки, присущие самой лисице.

Чертов извращенец! Уши пылали. Хорошо, что Летти любила подолгу принимать водные процедуры, и у него было время привести в порядок мысли. Хотя в порядок стоило приводить не только мысли – охлаждающее заклятие заиграло на кончиках пальцев, волной распространяясь по всему телу. Когда лисица так откровенничала, сложно было сдерживаться – и Мирт проклинал и одновременно ждал этих мгновений.

Угораздило же его влюбиться в лучшую подругу, которой и дела не было до романтики!

Попытки ухаживания Летти не замечала. Приглашения на свидания в лучшем случае принимала за дружеские посиделки, а в худшем – за охоту за ингредиентами. Пару раз, когда он всерьез пытался ей признаться, Летти отвечала, похлопывая по плечу: «Я тоже тебя люблю». Мирт мечтал услышать от нее эти слова, но не в этой дружеской манере.

Что ж, сегодня ему почти удалось убедить себя, что Летти просто подруга.

Вернее, лучший друг, от которого нет секретов. Может, если бы не неуместная ревность и предположение хозяйки «Грелки» о комнате, он смог бы думать так до самой ночи.

«Если бы» – дурацкое сослагательное наклонение!

Мирт кинул на кровать тонкое покрывало и вторую подушку, зажег ночник с тлеющим внутри магическим огоньком – Летти терпеть не могла спать в темноте. Вытащил из тумбочки две щетки – для ее непослушных кудрявых волос и для хвоста, и отнес под дверь ванной комнаты мягкие тапочки.

Задержался и там: нет, до подглядывания он еще не опустился, но воображение под шум воды прекрасно дорисовало девичью фигуру.

Полуэльф закончил со всеми приготовлениями, когда лисица, сонно зевая, вернулась в комнату, промокая влажные волосы полотенцем. Его рубашка висела на ней мешком и была существенно выше колен, но такой домашний вид заставлял сердце колотиться еще сильнее.

– С мокрым хвостом на кровать не пущу, – злясь на самого себя, резко предупредил Мирт, перегораживая ей дорогу.

Летти осуждающе посмотрела на него, но сложила пасс, и хвост тотчас вспушился под теплым потоком воздуха.

– Доволен?

– Садись, помогу расчесать, – чувствуя, что закапывает сам себя, предложил Мирт.

Летти тут же расплылась в улыбке и плюхнулась на кровать, поджав под себя голые пятки и выставив белый хвост. Выпрямленная спина, волосы, откинутые на одно плечо – их она лишь слегка подсушила, и на оголенной шее поблескивали капельки воды.