Держи спину прямо. Книга 1

– Успели выйти замуж?

-Что-то в этом роде, мой император, но ещё сложнее,– подняла невинный взгляд на правителя галактического союза девушка.

-Собирались затеряться в толпе, полагаю? Своеобразный выбор маскировочного костюма…– иронично заметил тот.

-Ах, мой император, – доверительно склонив голову, прошептала девушка, – при всей моей невероятной опытности, я не могла и предположить, что буду так выделяться. Поверьте, не знала за женщинами империи такого большого опыта в вопросах изощрённого соблазнения.

- Соблазнения? – император еле сдерживал смех.

- Конечно! – для большей достоверности Амарин снизила тембр своего чарующего голоса на полтона. – Все они, как одна, в едином порыве, решили произвести на Вас неизгладимое впечатление. И это им, я так полагаю, удалось.

Император ждал продолжения:

- Просветите?

- Мой император изволит шутить?

Правитель галактического союза усмехнулся и тронул указательным пальцем уголок своихкрасиво очерченных губ:

-Нет, мне хочется сопоставить наши с вами наблюдения.

-Наши с вами? – уточнила Амарин, и это уточнение прозвучало как-то двусмысленно, по крайней мере для неё.

Девушка глубоко вздохнула всем своим очаровательным декольте:

– Хорошо, мой император… Во-первых, все дамы выбрали любимые Вами оттенки: серо-синие и серо-чёрные – и стали таким образом одним из подразделений космического флота. А что может быть эротичнее женщины, готовой выполнять любые приказы своего главнокомандующего?

- И правда, – усмехнулся император, – всегда догадывался об этом.

-Во-вторых,– уже невозмутимо продолжила девушка, – соглашаясь на невероятную строгость фасонов, каждая из дам сумела выгодно оттенить свои достоинства.

-Вот как?

- Безусловно, мой император.

Амарин обернулась, нашла в толпе огромную, килограммов под двести даму, затянутую в талерху неопределенного кроя, и продолжила, указывая взглядом на неё:

- Вот, например, дама в серо-синей талерхе. Какой талантливый ход!

Император в недоумении приподнял бровь.

- Ни талии, ни других женских прелестей, способных вскружить голову, не видно под этим квадратным безумием, а всё внимание неизменно приковывается к необыкновенно красивым кистям рук, сильным пальцам, сплошь унизанным драгоценностями, к ухоженным ногтям.

Император брезгливо поморщился, увидев толстые, как торкские сосиски, пальцы необъятной аэрии, перетянутые безвкусными кольцами, и заканчивающиеся острыми, как у баркской горгульи, ногтями.