Пленница огня

- О, сейчас поймёшь, - резким движением он скрутил ей руки и крикнул что-то на непонятном диалекте.Из-за деревьев появились люди, они связали леди Левон, и повезли в сырую тесную тюрьму, где она провела всю ночь, совершенно ничего не понимая. Наутро её вывели на главную городскую площадь, где собрался народ, и обвинили в колдовстве. Многие недовольные клиентки подтверждали её причастность к тёмным силам, а остальные молчали, боясь, что их осудят за защиту ведьмы, лишь мадам Парфэ вступилась за неё, но этого было мало.

Затем дали слово месье Шадо, и он рассказал всё, что видел и слышал. Рассказал, что брал у леди Левон зелья и порошки, которые тщательно проверялись охотниками на нечисть. Поведал, как она при нём готовила это всё, как рассказала, что умеет бегло читать ("Что очень необычно для деревенской девушки, не так ли?"), и завершил рассказ описанием ночного ритуала. Было решено прямо на месте предать тело ведьмы огню. Ни одного крика или протеста не сорвалось с губ леди Левон, пока её тащили к столбу, привязывали и обкладывали сеном. Ей великодушно предоставили последнее слово. Собрав все силы в голос, она прокричала:- Месье Шадо, вы стояли на коленях передо мной! Вы влюбили меня в себя!- Все методы хороши для достижения цели, - равнодушно отвечал он.- Я проклинаю тебя! - прокричала осуждённая. - Проклинаю тебя вечной жизнью, чтобы ты жил и видел смерть всех дорогих тебе людей, и ничего не мог сделать! Чтобы не находил себе приюта, зная, что всё потеряешь! Проклинаю тебя! - плюнула она в его сторону. Лицо месье лишь на мгновение изменилось, а затем приняло прежнее равнодушное выражение.Солому подожгли, и огонь быстро подобрался к телу юной красавицы. Пока могла, она неотрывно смотрела на виновника своей гибели, а он отводил глаза, но потом снова смотрел на неё. Возможно из-за влюблённости, но на мгновение ей показалось, что он раскаивается. В тот день она сгорела, не зная, что на самом деле является ведьмой. Её проклятие сбылось, и месье Шадо самому вскоре пришлось скрываться от охотников за нечистью. Шли годы, столетия. Роберту - так его зовут - приходилось менять города и страны, чтобы люди не замечали его особенность. И вот как-то в Париже, сидя в открытом кафе, он заметил сидящую к нему спиной девушку с отливающими медью густыми волосами. Он подошёл к ней, окликнул, и зрачки их обоих расширились. Это была она - леди Левон собственной персоной. Её глаза загорелись огнём, когда она его узнала.- Ах, дорогой Роберт! - ядовитым голосом начала она.