Встреча на перекрёстке миров

Она улыбалась, хотя чувствовала душащий ее комок слез. Хотелось закричать. Расплакаться снова на плече Виктора. Но Эрика не хотела, чтобы он запомнил ее такой. Она успеет наплакаться после, но сейчас, вот прямо сейчас, когда Виктор еще перед ней, ей хотелось улыбаться. Обнимать его. Поцеловать его еще раз.

Но прежде чем она успела сделать хоть что-то, Виктор усмехнулся и легонько коснулся ее глаз, заставляя прикрыть их.

— Ты так говоришь, а у самой глаза уже красные. Глупышка. Не переживай, я вернусь к тебе сразу же, как избавлюсь от крыльев.

Эрика распахнула глаза и недоверчиво уставилась на Виктора.

— Вернешься? Но…

— Если ты не можешь отправиться со мной во Флоустейн, то я вернусь сюда к тебе.

От этих слов Эрика так размякла, что сдерживаемые с таким трудом слезы вдруг хлынули рекой. Виктор рассмеялся, придвинул стул Эрики к себе и обнял ее, поцеловав в макушку.

— Ну вот посмотри, что ты наделал, — сквозь слезы жалобно протянула она. — Дурак.

Когда Белль вернулась на кухню, Эрика уже успела выплакаться и принялась готовить им завтрак.

— Этот мир такой непонятный, но такой удобный, — с некоторой завистью в голосе отозвалась Белль.

Она взяла из шкафа в гостиной пару книг и теперь листала их, пока Эрика готовила. Как оказалось, некоторые книги в шкафу Луиса были на флоустейнском языке. Причем, как сказала Белль, эти экземпляры считались довольно редкими даже в их мире. Виктор же, почти не отвлекаясь, с улыбкой наблюдал за Эрикой, словно боясь, что та снова исчезнет.

Еще половину дня они провели в гостиной, обсуждая предстоящее путешествие Виктора и Белль, которая рассказала о том, что видела, когда попала в портал.

— То есть, вы хотите сказать, что не видели тех лабиринтов и ходов? — переспросила Белль еще раз.

Виктор и Эрика недоуменно переглянулись.

— Оба раза, когда я попадала в портал, это была какая-то яма, в которой я просто ударялась головой и теряла сознание, — усмехнулась Эрика, морщась от неприятных воспоминаний.

Когда она попала в портал во второй раз, то успела сообразить, что это он. Правда, это знание никак ей не помогло.