Драконья Кровь

Изрытые пещерами и тоннелями скалы, подобные алой крови земли потоки лавы, которые лениво охватывают всё вокруг. Инку казалось, будто огромный пылающий слизень отхватил часть мира людей и понемногу переваривает всё, что указывало на существование человека, оставляя место лишь драконам. Все рассуждения были отброшены прочь, оставив после себя только страстное желание – выжить! Инк бежал и его гнал не только страх потерять тело, но и нечто глубинное, чему он не мог дать названия. Казалось, промедли – лишишься самой своей сути, а этот маленький мир переварит и его самого, оставив лишь… Что? Инк не знал, и эта неизвестность гнала его прочь даже быстрее, чем яростный крик бога-зверя за спиной.

***

Фоун летел вслед за украшенной золотом книгой. Артефакт парил чуть позади Золотого дракона. Воин клана Ралго чувствовал, что это место – не буфер. Его силы таяли, отрываясь по клочку от туманного вихря ниже пояса. Ему хотелось скорее вернуться в уютное темное пространство, чтобы избавиться от этого чувства голода.

Каждая потеря частицы силы отзывалась всё возрастающим аппетитом.

«К сожалению, мои решения здесь ничего не стоят, – с высоты окружающее пространство казалось царством камня и пламени. – Завораживающе красивое место.»

Фоун восторгался пейзажами. Пусть он был сейчас рабом бога-дракона, это не мешало ему ценить маленькие частицы счастья и красоты, но напротив – увеличивало ценность каждого такого момента.

Маленькая фигурка рогатого парня мелькала внизу, то пропадая из виду в очередной скальной рытвине, то возникая снова – иногда в самых непредсказуемых местах.

Бог носил его запертым в книге и периодически мучил, заставляя говорить о некоем потомке других могучих существ. К счастью, Фоун вспомнил, что видел одного отпрыска высших сил еще в первый день появления в буфере. Когда он вывалил информацию об этом дракону, тот сильно удивился, но поверил, а количество пыток уменьшилось. Увидев рогатого человека, Фоун от удивления тут же сдал его своему захватчику – слово хозяин воин из клана Ралго презирал и даже мысленно не допускал к себе отношения, как к чьей-то вещи.

Золотой дракон метался из одной стороны в другую, пытаясь схватить новую жертву. Книга с запертыми духами летела позади и чуть выше, отчего Фоун позволял себе маленькую фантазию. Он представлял себя в этот миг не рабом на цепи, вынужденным волочиться позади могучего существа, а наездником на драконе.

Бог взревел, потомок высших сил снова появился совсем в ином месте.