Сгореть в огне

— Ведите протокол, инспектор Хамир, — жестко сказал один из них.

С Тисы Верены не полностью сняли блок, наконец смог сообразить Джун и поднял ошеломленные глаза на членов комиссии. Важная часть осталась сокрыта и, сколько бы он ни старался, у него не хватит сил убрать его самостоятельно, он и так уже на грани обморока. Знал, что выглядит как раскаленная печь, и чувствовал себя так же. Знал, что катетеры они поставили зря, никто не подпустит к нему Райера со шприцом. С огромным запозданием уже понял, что это ловушка для него.

А он так надеялся выяснить, кто из верхушки покрывает преступления.

Высокопоставленных вир, которые разъезжают с охраной — тьма. Магистры, жены магистров, их дочери, сестры, матери, бабки. То же касается семей гвардейцев. Он не видел ни ее лица, ни ее машины и, чтобы ее отыскать, придется перебрать добрую часть населения страны.

— Поэтому протокол приняли, — прошептал Джун, понимая, какой он идиот. — Потому что знали, что я не смогу указать пальцем на эту женщину.

Видимо, этот тайный покровитель и дал отмашку на допрос.

И время с местом выбрал не случайно — чтобы все видели, что психоделик не может жить больше, чем положено. Он стал слишком знаменит среди мозгоправов. И другие начали мечтать. Поэтому кто-то наверху решил пресечь слухи о нем, показать, что тридцать лет — это предел. Показать прилюдно его конец.

Перед глазами резко потемнело и все вокруг заволокло красной пеленой, он едва различил язвительно искривленные губы виры напротив, услышавшей его слова.

Что-то было не так, она боялась не так как следовало бы. И кинула ему напоследок еще одно воспоминание: как Таймин копался в ее голове несколько лет назад, на улице. Джун с силой стиснул зубы, чтобы не произнести ни слова.

Колени ослабели, и он вцепился в плечо ближайшего стражника, почти повиснув на нем. Гвардеец же не сделал ни единого движения, чтобы удержать, позволив Джуну хвататься за него как за столб.

— Джун! — уже не скрывая паники, вскричал Райер. Вскочил со стула, в него врезался кулак стражника, возвращая на место.

— Подпись... — смог прохрипеть Джун. Иначе дело не будет завершено, допрос станет совершенно напрасным. — Райер, подпись...

— Пустите!! — снова удар под протяжный вдох Верены, от которого Райер упал уже на пол на глазах бледных шокированных учеников, боявшихся даже дышать. Челюсть хрустнула, вспыхнула болью, рот наполнился кровью, которую он попытался сплюнуть. Едва сдержал стон, нижняя губа начала быстро неметь.